Книга Василиса и проклятая мельница, страница 69 – Глория Нотта, Наталия Зябкова

— Меньше недели.

Чародей хмыкнул:

— Ясно, совсем зеленая! Не бойся, провожу тебя к учителю. А сейчас поспать бы.

Он преспокойно улёгся прямо на землю и похлопал ладонью рядом с собой:

— Иди ближе, не обижу. Вместе согреться проще.

Нехотя пришлось признать правоту его слов. Ночная прохлада гибкими щупальцами пробралась под тонкую ткань платья и застучала бодрую чечётку на моих зубах. Вся дрожа, я легла рядом, повернувшись к Трифону спиной. Он преспокойно сгрёб меня в охапку и промурлыкал на ухо:

— А ты приятно пахнешь!

Тело колдуна и вправду было горячим как печка. Недолго думая я прижалась к нему теснее. Довольно хохотнув он как-то ласково цапнул меня за мочку уха и потерся небритой щекой. Я вздрогнула, попытавшись отстраниться.

— Да ладно, не боись! – фыркнул он совсем уж по-кошачьи. – Прости, привычка! Шутка ли, пять годов котом бегать?

— Пять лет? – ужаснулась я. – За что же она тебя?

— Да так, − уклончиво проговорил он. – Спи. Можешь не бояться, через мой круг никто к нам не проберётся. Разве что сам Кащей, или Марена пожалует… Да им до нас дела нет. А против зверей диких, анчуток да всяких-разных, круг – самое первое средство. Вроде твоей шапки-невидимки.

Я не сразу поняла – это он о моём теперь уже фирменном заклятии. Думала, ни за что не усну, особенно когда над ухом сопит практически незнакомый мужик, пусть и с кошачьими повадками. Как же я ошибалась!

* * *

Закрытые веки согревал назойливый солнечный луч, подозрительно путешествовавший от одного глаза к другому. Еду в поезде, решила я, отворачиваясь от луча. Во сне как-то не показалось странным, что жесткую койку подо мной совсем не качает. Теплый плед сполз с плеча, запуская бодрящую утреннюю прохладу.

— Ну, мы так не договаривались! – произнёс рядом знакомый мужской голос, а потом вдруг лицо защекотали кошачьи усы.

— Ба-а-асик! – сонно пробормотала я, пытаясь оттолкнуть пушистое тело, упрямо пробирающееся к груди. Громкое мурлыканье, сопоставимое с работой трактора, прекратилось.

— Какой такой Басик? – отчётливо пробурчал над ухом тот же мужчина. Тёплый плед очень бесцеремонно сдёрнули, а от резкого неприятного толчка в бок сон мигом улетучился.

Я лежала внутри чётко очерченного круга посреди лесной полянки, прямо на примятой траве. Под головой обнаружилась знакомая расшитая сумочка… Там же яблоки! Как бы не подавились! Рядом, опираясь на локоть, возлежал очень красивый незнакомый, мужчина с иссиня-черными волосами, укрывающими плечи мягкими волнами. Цветастый бухарский халат, небрежно распахнулся на мощной груди… Мужчина буравил меня очень недовольным взглядом ярко-зелёных глаз, скептически приподняв одну из соболиных бровей.

— Так кто такой этот Басик, о котором ты всё время твердишь? – повторил он.

— Да как сказать? – замялась я, экстренно соображая, кого напоминает строгий красавец и стоит ли его пугаться. Неужели... – Трифон, это ты?

Избавление от лишней растительности до неузнаваемости преобразило лицо бывшего кота. Из помятого неопрятного типа он превратился не иначе как в сказочного принца, или скорее в коварного неотразимого чародея.

— Ну вот, − скривил он губы, − у тебя напрочь память отшибло? Вроде головой не билась. Кто ж как не я?

— Не узнаю вас в гриме…− фраза из известного фильма показалась очень уместной. − Ты что ли опять в кота перекидывался?