Книга Попаданка для инквизитора, Или Ты связался не с той ведьмой!, страница 51 – Ася Туманова

Сим подарком утверждаю за ней статус своей законной невесты.

В связи с моей чрезвычайной занятостью и известными Вам обстоятельствами, отбросим излишние расшаркивания и избегнем ненужных ритуалов: я не имею возможности семикратно наведаться к Вам. Надеюсь Вы осознаете важность моей службы. Так что визит будет один: через два дня.

Слышал, что нынешние сьеры взяли привычку мучать своих женихов долгим ожиданием, поэтому предупреждаю: я не из числа тех, кто находит это уместным.

Мой визит продлится не более часа. У моему приезду сьера должна быть полностью готова ко встрече. Ждать я не намерен.

И да, на ужин я не останусь, так что не мучайте зазря своих поваров.

За сим прощаюсь и рассчитываю на Ваше всецелое понимание и поддержку.

К'сар Дрейкор Ван'Риальд.»

— Вот поганец! — вспыхнул отец, — Чёртов молокосос!

— И ты позволишь ему вот так с тобой обращаться? — Я вцепилась пальцами в край кушетки. В душе встрепенулась надежда. И сразу потухла…

— У меня… у нас… нет иного выбора, — шумно выдохнув произнес он, — Смирись, Киария. Ущемленная гордость — не самое ужасное, что может случиться в жизни…

И вот сегодня утром мне просто сказали: «Пора готовиться, леди Киария».

Как будто речь шла не о знакомстве с женихом, а о казни на эшафоте.

Когда принесли корсет я попыталась возразить.

Горничные кивнули — мол, конечно, сьера, и… продолжили безжалостно начесывать волосы и стягивать талию так, словно хотели выдавить душу.

Сопротивляться было бессмысленно, поэтому я решила особо не капризничать и сохранить весь свой пыл для встречи с женишком.

Этот гад мне за всё ответит!

Служанки только-только успели завершить мою экзекуцию, когда за дверью что-то скрипнуло.

Одна из мучительниц пулей вылетела в коридор и вернувшись пропела:

— Он прибыл! Ваш жених ждёт Вас в Садовом зале, сьера.

«Жених»

От этого слова по спине прошёл озноб...

Садовым залом назывался огромный крытый павильон — своего рода навес или беседка-переросток. Высокая, увитая глицинией крыша в жаркие дни защищала от солнца и позволяла гулять даже в дождливую погоду. Тяжёлые фиолетовые и белоснежные гроздья соцветий свисали, образовывая плотный, поражающий своей красотой, полог.

Цветочные барельефы, нежно разбавляли помпезность мраморных колонн и позолоту расписных арок. Серебристые и терракотовые плиты пола образовывали некое подобие шахматной доски. От входа и до самого выхода, по правой и левой стороне павильона, метрах в пяти-шести друг от друга, располагались вырубленные из камня скамейки.

Дрейкор Ван'Риальд стоял вдалеке, у самой последней из них, опершись рукой о колонну и чуть наклонив голову, словно настороженно прислушивался к чему-то.

Со спины он казался ещё выше, чем я помнила. В тёмно-синем камзоле, без кожаной инквизиторской униформы, он всё равно выглядел внушительно и устрашающе, словно чёрное пламя в человеческом облике.

— Ланочка, ты позволишь нам побеседовать тет-а-тет? — Обратилась я к сестренке, принимая из её рук сложенный в несколько слоёв плащ гостя. Правила приличия этого мира требовали, чтобы во время знакомства с женихом, кто-то из близких неотступно находился рядом.

— Ты хочешь остаться с ним наедине? — Фиоланна напряженно нахмурила бровки, но тут же лучезарно улыбнулась и, кивнув, сбавила шаг, — Папа запретил мне уходить. Но я же могу засмотреться на цветы или бабочек и нечаянно отстать…