Книга Голос извне, страница 376 – Саяна Кошкина

Юлия

— Не дёргайся так, — тихий, ровный голос Арриса прозвучал прямо у уха. Его пальцы сжали мою руку. — Ильхом на взводе, а Сар взял с собой фикс и уже предупредил доктора Хэладара по комму. Он летит за нами.

— М-м-м, — пробормотала я в ответ, облокотившись на его плечо и прикрыв глаза. Лёгкая, противная тошнота подкатывала к горлу каждый раз, когда наш флай набирал высоту. А набирал он её с черепашьей скоростью и хирургической осторожностью. Мой адмирал с трудом согласился на эту авантюру, и теперь вёл флай так, будто вёз хрустальную вазу, наполненную нитридным гелем.

Вчера… Вчера мы говорили. Хотя «говорили» слишком слабое слово. Сначала мужья, сменяя друг друга, рассказали свою версию моего спасения. Это была история ярости, отчаяния, холодного расчёта и почти мертвой надежды. А после, когда они замолчали, выжидающе глядя на меня, я начала добавлять кусочки мозаики.

Как оказалось, версий было как минимум пять: моя, моих мужей, похитителей, Энора, и версия суда, холодная и бездушная, сплетённая из показаний и улик.

Мужья рассказали всё: как очнулись на террасе, как мир рухнул, когда не нашли ни меня, ни Новски. Саратеш, не глядя мне в глаза, признался, что на секунду… на одну чёртову секунду… они усомнились. Подумали, не сбежала ли я с Энором по своей воле. И тогда мне пришлось взять их лица в свои ладони, заглянуть каждому в глаза и сказать то, что было абсолютной правдой:

— Я люблю вас. Безумно, безнадёжно, навсегда. Я не та, кто сбегает. Даже если будет трудно, я буду биться здесь, рядом с вами.

После рассказ перехватил Аррис. Говорил он спокойно, логично, раскладывая события по полочкам. Как они с Ильхомом и Саром изначально решили, что меня похитил Новски. Эта версия, кстати, оказалась не только их домыслом, но и официальной позицией Силии. Мерзкая тварь и тут успела нагадить, запутав следы.

И тогда я рассказала свою. Говорила долго, сбивчиво, плача и всхлипывая. Говорила про холод, про страх, про их лица в мыслях, которые не давали сломаться. И… проговорилась. Сказала, что к Энору неравнодушна, что это не просто одержимость с его стороны.

Ох, как же закипел Сар! Как помрачнел Ильхом… Но их злость, эта ревнивая, жгучая буря, начала стихать, когда я дошла до побега. До момента, когда раненный и обессиленный Энор, встал живым щитом в тёмном коридоре и крикнул мне «Беги!». Я была уверена на тысячу процентов: если бы не он, меня бы давно не было в живых. Он купил мне те самые минуты, которые отделили смерть от спасения.

— Силия рассказала совершенно иную историю, — сказал Аррис, когда я замолчала, вытирая слёзы рукавом. — Её тоже допросили. Сейчас она в изоляции под охраной. По её словам, всё организовал Энор. Он якобы хотел инсценировать похищение, сбежать с тобой, а её — убить, чтобы получить свободу и «Голос».

— Это бред, — прошептала я, чувствуя, как подступает знакомая ярость. — Энора похитили вместе со мной. Он был заперт в той же камере — голый, безоружный. Его ранили. Силия хотела подставить его, подтасовав факты. Моё убийство она планировала повесить на Новски, а сама стать богатой, «несчастной» вдовой. Ей нужна была месть, кредиты, «Единение» и… «Голос».

— Новски в своих показаниях сказал то же самое, — покачал головой Саратеш, его механические пальцы нервно постукивали по столу. — Но ты в Империи Кхар, Юля. Наши законы… как бы мягче сказать… несправедливы по определению. Энор будет разведён и отдаст значительную часть своей империи Силии согласно брачному договору. Он, как женатый кхарец, нарушил закон.