Книга Любовь, горькая и сладкая, страница 148 – К. Ф. Шредер

— И для чего? Чтобы сделать мир более приятным местом? Осмелюсь усомниться в этом, – усмехнулся Люсьен.

— И тем не менее это правда. Кто вернул магию, тот ее и контролирует.

Так вот о чем шла речь. О контроле.

Если Гидеон действительно мог решать, кому какую магию в себе носить, это, без сомнений, делало его самым могущественным человеком Бухты Магнолия. Да что там, он им уже был. Даже, пожалуй, самым могущественным человеком в мире…

— И ты действительно это можешь? Вернуть магию? – спросил он, придавая голосу тон восхищения.

Он сделал так, будто хотел скрыть, насколько был впечатлен рассказом Гидеона. Люсьен был все еще плохим актером. Зора бы его сразу раскусила. Его бабушка тоже. Его дед, который его не знал и который был слишком влюблен в собственную грандиозность, чтобы заглянуть за собственную гордость, разоблачить его не мог. Как Люсьен и планировал – или хотя бы надеялся, что так будет, – он провел его мимо витрины со скелетом дракона в темный угол.

— Я вернул тебя, – сказал Гидеон.

— Это сделали прародительницы.

— Я нашел твою магию, а годы спустя нашел тени.

Гидеон, полный гордости, указал на стеклянную клетку мамы Лакуар. Магиню нельзя было разглядеть за пульсирующей тьмой.

— Здесь ядро магии теней, – объяснил Гидеон. – Ее якорь такой же, как Звездное сердце в накопителе.

Для Люсьена это выглядело скорее как торнадо из масла, которое вращалось с головокружительной скоростью. Тьма казалась холодной и враждебной, и собственный огонь Люсьена содрогнулся.

— Кто контролирует якорь, тот контролирует тени, – добавил к этому Гидеон.

— Значит, это предмет твоей гордости, – констатировал Люсьен, подходя к витрине.

Он положил руку на стекло, через которое мог ощущать вибрацию внутри. Его огонь инстинктивно отпрянул.

— Нет, Люсьен. Сердце Шакари было куда большей находкой, и ты тоже, – ответил Гидеон. – Гораздо ценнее, чем тени. И всегда будете ценнее.

— Сосредоточься на том, чтобы держать энергию у себя в ладонях, – сказала Зора Изуми, над пальцами которой парил световой шар.

Для тренировки магии они сегодня собрались в лес вместе с Файолой и Саньей, потому что Зора надеялась, что дикая природа поможет Изуми развить силу. Они находились на одной из немногих полянок, которые не блокировали магию Зоры. Люсьен в это время встречался с Гидеоном, что заставляло Зору немного волноваться. Она хотела быть в состоянии его слышать, если он попытается достигнуть с ней магического соединения.

— Из этого ничего не выйдет, – злилась Изуми, когда световой шар взорвался на крохотные искры.

— Наберись терпения. Управлять магией – это требует навыка и времени. Только не сдаваться, – ответила Зора.

На лбу Изуми собрались морщинки, когда она снова попробовала связать воедино световые частицы. Она носила в себе душу богини и тем самым ее силу. Однажды она должна будет стать одной из могущественных колдуний мира. Но этот день пока не наступил.

Санья, дремавшая на солнце, подняла голову и насторожила уши. Файола поднялась и устремила взгляд на заросли, откуда вышла раненая косуля. По ее бокам тянулись глубокие борозды, ее мех был пропитан кровью и черной жидкостью. И она хромала, как будто нога у нее была сломана. Животное пошатнулось, рухнуло и превратилось в человека.