Книга Ведьма на удаленке или проблема для инквизитора, страница 25 – Ольга Кипренская

— В театр? — недоверчиво смотрю на Игната. — Бэся решил культурно обогатиться? Или артефакт пожелал увидеть «Короля лира»? А мы можем начать приобщение к высокому искусству с высоты поменьше? Например, “Щелкунчика” или “Репки”?

— В этом нет ничего смешного, — сквозь зубы проворчал инквизитор, окидывая взглядом массивные двери. — В таком скоплении людей, с его силой… Одно неосторожное желание кого-нибудь из публики, и начнётся ад. Надо найти их. Быстро.

Легко сказать найти! Центральный вход закрыт и перегорожен аппаратурой и ленточкой, там импровизированное закулисье, придётся искать обход. Он точно где-то есть с другой стороны здания!

Обходной путь через служебный вход занял у нас несколько минут уговоров и демонстрации инквизиторского жетона охраннику. Охранник, как счастливый человек, про инквизицию слышал только на уроках истории, но нам и не нужно было, чтобы он поверил, достаточно было посмотреть на жетон. Гипноз на исполнение приказов и параллельная зачистка памяти, очень нужная штучка.

Я завистливо вздохнула. Нам так было нельзя. Опять несправедливость.

Внутри было тихо, пусто и пахло стариной, краской и пылью. Концерт шёл на улице, здесь же царила сонная предвечерняя тишина. Прибор вёл нас по коридорам, мимо закрытых дверей неясного назначения, мимо склада декораций и какой-то груды невероятно нужного хлама в углу.

След — паутинка уперся в отдельную гримёрку в конце длинного тёмного коридора. Дверь была приоткрыта. Из-за неё доносился тихий, прерывистый всхлип.

Мы переглянулись. Игнат жестом велел мне остаться сзади и легонько толкнул дверь.

У освещённого по периметру лампочками зеркала сидела пожилая женщина. На ней был скромный тёмный костюм, на плечи накинут палантин. Она смотрела на афишу, приколотую к стене, и плакала. Не рыдала, а именно тихо плакала, вытирая слёзы краем палантина.

Афиша была… странной. На ней красовалась та самая женщина, но лет на сорок моложе, в трико, запечатлённая в эффектном прыжке. Яркими буквами было выведено: «ГАЛА-КОНЦЕРТ. ЗВЕЗДА АКРОБАТИКИ ТАМАРА ВЕТРОВА!»

Женщина всхлипнула и прошептала в пустоту, глядя на свой молодой портрет:

— Я так хотела… Я так могла… Но мама была против и вот… И вот…

Она замолчала, и в тишине я с ужасом поняла. Это было не просто сожаление. Это было желание, вырвавшееся из самой глубины души, подхваченное и усиленное артефактом, который, судя по мерцанию нити из прибора, был где-то совсем рядом. Артефакт услышал её. И уже начал исполнять.

Как всегда извращённо. Возможно, она хотела видеть афишу с собой, или просто видеть свой триумф, а может… кто знает, что может? Я вот не знаю, а спрашивать сейчас глупо.

На афише буквы поплыли, изменились. «ТАМАРА ВЕТРОВА» увеличилась, засияла. «АКРОБАТИКА» сменилось на «ВЕЛИКАЯ БАЛЕРИНА». Изображение стало ещё моложе, ещё нереальнее, вместо трико появилась балетная пачка, поза сменилась на балетную стойку на одной ноге, уж не знаю, как она правильно называется.

Женщина ахнула, отшатнулась, увидев перемены.

— Что… что это?

Игнат шагнул вперёд.

— Гражданка Ветрова, не паникуйте. Это… временный технический сбой с проекцией афиш. Техническая новинка, да. Вам нужно выйти отсюда.

Но было уже поздно. Она посмотрела на свои руки — морщинистые, в тёмных пятнах… и они на глазах стали будто чуть плотнее, чуть моложе. Она вскрикнула уже от страха.