Книга Позор для истинной. Фальшивая свадьба, страница 69 – Кристина Юраш

Я представил её сейчас.

Одну в огромном, опустевшем доме. Маленькую, испуганную девочку, которая ждет прихода своего покупателя.

Она уже готова. Она сняла платье, она нарисовала круг, она открыла дверь своей души, ожидая, что сейчас войдет Чудовище и заберет самое дорогое, что у неё осталось — её достоинство. Она ждет насилия, считая это платой.

Внутри зарычал Дракон. Голос был низким, вибрирующим, полным голодной уверенности:

«Бери! Она сама согласилась. Контракт заключен. Иди и возьми своё. Разорви её платье, заставь стонать, поставь свою метку не только на запястье, но и на каждой пяди её кожи. Она твоя!»

Я зажмурился, хватая ртом холодный воздух. Внутри что-то надломилось, затрещало, словно лед под весенним солнцем. Но вместо того чтобы рухнуть, эти осколки сложились в новую форму. Герцог делал шаг вперед, оттесняя зверя в глубокую темницу сознания.

«Нет», — прошептал внутренний голос человека, тихий, но твердый, как сталь клинка. «Обними. Просто обними… Успокой… Утешь… Прижми к себе… Погладь по голове, как маленькую девочку… Скажи, что ты просто проверял, как далеко она готова пойти ради своего желания. И она прошла проверку на смелость… Но ты не причинишь ей вреда… Никогда…»

Да. Именно так.

Я не стану брать цену, которую сам же, в слепой ярости и отчаянии, назначил. Я не брошу её на постель, сдирая с неё платье, не стану ломать её волю своим весом, своим дыханием, своими поцелуями.

Я приду, обниму. Дам понять, что не желаю ей зла. Что я здесь не как палач, а как... спаситель? Нет, просто как тот, кто любит её больше собственной жизни. Она должна почувствовать это... Должна сама коснуться меня. Сама протянуть руки.

Мне казалось, что где-то в самой глубине души, там, где драконья тьма сгустилась до непроглядности, пролился свет.

Яркий, ослепительный, вызывающий слезы на глазах, которые я считал давно высохшими. Нежность. Прощение. Вот чего хотела моя человеческая душа. Просто обнять её, зарыться лицом в её волосы, вдыхая ее запах, и целовать её макушку, шепча: «Прости меня… Дважды прости…». Вот оно, обладание. Настоящее. Не телом, а душой.

Мне показалось, что я снова начал дышать полной грудью.

Я благодарил судьбу, что остановила меня в ту секунду, когда когти уже готовы были впиться в её плоть. Я выпрямился, отталкиваясь от разрушенной стены. Путь лежал к ней. К моей единственной цели.

— Кошелек или жизнь! — послышался сиплый, пропитанный злобой голос из темноты переулка.

Нож сверкнул в руке первого разбойника, тускло блеснув в свете фонаря.

Позади него, словно тени, отделившиеся от стен, материализовались еще трое. Они пахли потом, дешевым вином и смертью.

Требовательная рука нападающего дернулась, поманив деньги к себе. Их глаза горели алчностью хищников, учуявших легкую добычу.

Я даже не замедлил шаг. Во мне кипела такая ярость, такое презрение к этим жалким подобиям жизни, что они показались мне лишь досадной помехой на пути к свету. К моему свету.

— Отойди, — тихо сказал я. Но мой голос, еще хранящий отголоски драконьего рыка, прозвучал как приговор.

Разбойник не понял. Или понял слишком поздно. Он сделал выпад.

Лезвие рассекло воздух.

Я даже не достал оружия. Мне не нужно было железо, чтобы убивать.

Послышался отвратительный хруст ломающихся костей. Звук падающего на брусчатку ножа — холодный металлический лязг, эхом отразившийся от стен. Затем всхлип, оборвавшийся хрипом, и тяжелое тело рухнуло в грязь.