Книга Попаданка в мир драконов. Замуж за чудовище, страница 33 – Юлий Люцифер

«Сегодня мне велели быть в красной комнате после заката. Если это прочитают, значит, я уже…»

Конец.

Больше ничего.

Следующие страницы были вырваны.

Аккуратно. Почти до корешка.

Я долго смотрела на этот рваный край бумаги и чувствовала, как внутри медленно, очень отчетливо складывается новая картина.

Первая жена не умерла так, как рассказывали.

Она боялась не только Рейнара.

И кто-то сознательно убрал часть ее слов.

— Госпожа, — прошептала Мира, — вы белая.

— Я просто начинаю ненавидеть тайны системно.

Я закрыла дневник.

Очень осторожно.

На дне ящика столика обнаружилось кое-что еще — тонкая цепочка с темным камнем. Точно таким же, как у меня на свадебном кольце. И письмо. Не запечатанное, но сложенное вчетверо.

Я развернула его.

Всего одна строка.

Если он позволит тебе выбрать — не выбирай из страха.

Без подписи.

Но почерк был тот же.

Лиара.

Я стояла посреди тайной комнаты первой жены своего чудовища-мужа и держала в руках предупреждение от мертвой женщины.

Очень символично.

Мира уже почти плакала от нервов.

— Давайте уйдем. Пожалуйста. Мне кажется, здесь плохо.

— Здесь не плохо, — тихо сказала я. — Здесь кто-то слишком долго молчал.

Я обвела взглядом комнату еще раз.

Никаких следов борьбы. Никакой крови. Никаких костей, как могло бы подсказать особенно мрачное воображение. Только жизнь, оборванная внезапно и спрятанная от чужих глаз.

Спрятанная так тщательно, что даже новые покои для меня сделали поверх нее.

И это было страшнее крови.

Потому что означало осознанную ложь.

Я уже собиралась выйти, когда взгляд зацепился за стену у кровати.

Там, на камне, почти незаметно, было выцарапано несколько слов.

Я поднесла лампу ближе.

Не верь красной комнате.

Сердце стукнуло так сильно, что у меня заложило уши.

Красная комната.

В письме — красная комната.

В дневнике — красная комната.

И если в этом замке есть место с таким названием, то оно мне уже заранее не нравится.

— Мы уходим, — сказала я.

На этот раз Мира не спорила.

Мы выбрались обратно в спальню, и я задвинула зеркало на место. Спрятала ключ в рукав, дневник — под платье, цепочку и письмо — тоже. Руки слегка дрожали, но голова работала неожиданно ясно.

Теперь у меня было нечто большее, чем страх и догадки.

У меня была нить.

Первая жена не обвиняла Рейнара в своей смерти. Наоборот — будто пыталась предупредить ту, кто придет после нее. Значит, или Лиара была сумасшедшей.

Или здесь действительно кто-то очень старательно лепил из Рейнара удобное чудовище.

Я подошла к окну.

Снаружи уже занялось серое утро. На внутреннем дворе слуги носили дрова, двое стражников менялись у ворот, а на верхней галерее мелькнул знакомый темный силуэт.

Рейнар.

Он шел быстро, будто и не спал вовсе. На секунду остановился, будто почувствовал взгляд, и поднял голову.

Даже через двор я ощутила, как этот взгляд цепляет.

Холодный.

Внимательный.

Опасный.

И теперь я уже не знала, чего во мне больше — желания потребовать от него ответы или странного, нелепого ощущения, что именно ему я пока верю сильнее всех остальных.

А это было очень плохой новостью для здравого смысла.

Потому что мужчина, за которого меня выдали, все еще мог оказаться чудовищем.

Просто не тем, которым его привыкли считать.