Книга Скандал, развод и Новый год, страница 36 – Ольга Гольдфайн

Мне же слышится: «Кое-кого обсудить». При этом смотрит Роева вовсе не на Ларису, а на меня.

Не знаю, как кобра удержалась и не плюнула мне в тарелку. По глазам видела, что хотелось.

У неё низкий, грудной голос. Приятный. Таким только романсы исполнять или что-то сексуальное мурлыкать на ухо мужчине.

Мне становится очевидным: «Спать с Бариновым точно не стоит — опасно для жизни.

Хоть бы женился на ком-нибудь. Может, тогда эти змеи успокоятся и выберут другую жертву для брачной охоты?..»

Человек привыкает ко всему. Вот и я постепенно привыкаю к своей новой работе, коллективу, его особенностям.

Правда, устаю. Не столько физически, сколько морально. Постоянное напряжение выматывает.

Приходится всё время держать змей в фокусе внимания, не давать им подползать близко, а ещё стараться соблюдать дистанцию с Бариновым и Хазовым.

Мало мне было одного воздыхателя, как нарисовался второй.

Герману Петровичу сорок восемь лет. Коренастый, крепкий, с небольшим животиком. Чёрные вьющиеся волосы стали редеть, поэтому мужчина их отращивает — прикрывает лысеющую макушку. Чёрные глаза, орлиный нос, небольшая бородка с проседью.

Есть подозрение, что в роду у Хазова были цыгане. Уж слишком у него горячий взгляд и шальная улыбка.

Не могу сказать, что мужчина в самом расцвете сил. Скорее, он осознаёт, что козликом ему осталось прыгать недолго, потому и усердствует — пытается обскакать всё, что имеется в ближайшем доступе.

Неожиданно я попала в поле его сексуального интереса, и теперь он каждый день приходит к нам в приёмную пить кофе.

— Валерия Андреевна, ничего не могу с собой поделать. Тянет меня к вам, как магнитом. Признавайтесь, что вы добавляете в кофеёк, помимо кардамона? Какой-то приворотный порошок или бабкин шепоток? — посмеиваясь и подмигивая, флиртует со мной гуляка.

Сколько у него любовниц было и есть, даже угадывать не буду.

Много. Очень много.

Лариса сказала, что жена старше его почти на десять лет, но держит в ежовых рукавицах. Поэтому Хазов всегда ночует дома, а любовниц пристраивает к себе на работу или снимает им квартиры недалеко от нашего офиса.

Находчивый мужик, что ещё сказать…

Герман Петрович приходит не с пустыми руками. Всегда приносит то коробку конфет, то цветы «для прекрасной Валерии», то засахаренные фрукты, восточные сладости, маленькие наборы пирожных.

Подозреваю, это он так ухаживает.

И считаю дни, когда об этих реверансах в мою сторону станет известно его пышке. Вряд ли Таю устроит данное положение вещей.

А кого обвинят? Конечно, меня!

Заманила в свои сети, околдовала, паутиной желания опутала…

Приходится вежливо улыбаться, а в руки не даваться.

Но есть и вторая проблема — шеф.

Если он видит Хазова рядом со мной, тут же приходит в бешенство. Причём я понимаю, что гневается он на своего зама, а злость вымещает на мне.

Тут же находятся какие-то неотложные дела, срочные поручения, неожиданно сваливается куча работы. В ход идёт всё, что может отвлечь меня от общения с Германом.

С одной стороны, я выдыхаю с облегчением: не надо самой отшивать надоедливого гостя. А с другой, приходится до вечера трудиться в поте лица, задерживаясь в офисе.

И есть подозрение, что эти задания Бариновым берутся с потолка. Лишь бы чем-то занять прохлаждающуюся помощницу…