Книга Скандал, развод и Новый год, страница 22 – Ольга Гольдфайн

Приезжаю домой уставшая. Первый рабочий день вымотал меня сильнее, чем я ожидала.

Вся эта пёстрая кавалькада охотниц за боссом так и стоит перед глазами. Чувствую себя маленькой куницей, загнанной в западню. Но и у меня зубы имеются, пусть хищницы не мечтаю растерзать мою тушку быстро и без последствий.

Раздеваюсь, прохожу в спальню и вижу, как муж собирает чемоданы. Вчера он их разобрал, а сегодня снова складывает вещи в багаж.

Заметно, что Столетов не в духе. Он яростно сдёргивает рубашки с плечиков и небрежно запихивает в сумку.

— Уходишь? — спрашиваю спокойным тоном в надежде, что муж одумался и решил воссоединиться со своей новой любовью.

— И не надейся, — прошивает меня раздражённым взглядом. — В командировку уезжаю. Срочно. Ума не приложу, какая вожжа попала Баринову под хвост. Даже Новый год с семьёй отпраздновать не даёт. Говорит, что завтра я должен быть в Мирном, принимать дела. Заместителя финансового директора комбината переводит в Москву, а меня ставит пока на его место. Что ему даст подобная рокировка, не совсем понимаю. Я устроюсь, вы приедете ко мне. И это не обсуждается!

Меня бесит самонадеянность Столетова. Как будто ничего не произошло. Штатная ситуация. Откуда такое самомнение и пренебрежение мной, моими чувствами?

— Не говори ерунды. Ты забыл? Мы разводимся, — напоминаю нахалу.

Супруг резко бросает брюки в чемодан и повышает голос:

— Лера, да выкинь ты из головы эту бредовую идею! Не будет никакого развода.

Искры из глаз так и сыплются на меня, пытаясь прожечь насквозь. Обхватываю себя за плечи и закрываюсь от его напора и агрессии.

День был тяжёлый, я не готова к военным действиям, мне нужно отдохнуть. Хотя бы несколько минут, чтобы переодеться и принять душ. Но мужу плевать на моё состояние. Он не знает, что я теперь работаю в их офисе. И говорить ему не собираюсь, чтобы не вызвать новую волну раздражения. Пусть уезжает в неведении.

Столетов продолжает вещать:

— У меня новая должность. Надеюсь, что более высокая зарплата. Полгода на производстве обогатят опытом, возвращение в Москву будет фееричным! Я думаю, что Баринов готовит меня на место финансового директора, других объяснений происходящему нет.

«О, святая простота и слепая гордыня! Ты даже не догадываешься, что тебя просто сбрасывают с шахматной доски. Убирают фигуру, мешающую на игровом поле. Сливают балласт.

Ну что ж, Вадик, ты сам решил пролезть неправедным путём в высшую лигу. Теперь пожинай сомнительный профит ошибочной стратегии».

Я молчу. Позволяю бывшему мужу витать в облаках и строить воздушные замки. Утром у него самолёт. Полагаю, он исчезнет из моей жизни надолго. Возможно — навсегда.

Но питать его надежды я считаю нечестным:

— Вадик, мы не приедем, бери с собой Лику. У вас будет ребёнок, не забывай об этом.

Муж подходит ко мне, я отступаю к стене. Он обхватывает руками мои плечи и, прижавшись лбом к голове, шепчет:

— Лерка, какая же ты дура! Да не нужен мне этот ребёнок! Случайно получилось, понимаешь? Случайно… Я люблю своих детей и не намерен их бросать.

Осторожно упираюсь в его грудь руками, пытаясь отодвинуть. Мне неприятна эта близость. Тело передёргивает от контакта. Вроде родной человек, а в то же время уже чужой. Как быстро всё изменилось...