Книга Как выжить в Империи записки барышни-фабрикантки, страница 97 – Виктория Богачева

Ну и ну!

— Вера Дмитриевна? — увидев меня на пороге своего кабинета, Давыдов не сдержал удивления.

В его взгляде отразилось беспокойство: просчитывал, успела ли я разминуться с Лилианой?

Конечно, успела. Я намеренно задержалась в соседней комнате, пока не убедилась, что графиня Вяземская ушла. Встречаться с ней мне было ни к чему.

— Мне не сказали, что аудиенции ожидаете вы, — Давыдов не скрывал недовольства, но всё равно раз за разом возвращался взглядом к моей одежде. Кажется, заметил изменения в гардеробе.

Широко ему улыбнувшись, я вошла, не став дожидаться формального приглашения, а потом и вовсе допустила неслыханную наглость: обогнула хозяина кабинета, оставила за спиной стул для гостей и низкий столик и остановилась у распахнутого окна.

— Слышимость у вас здесь превосходная, комнатушки так кучно расположены... а в приёмной для посетителей духота стоит жуткая, вы бы проверили, Михаил Сергеевич, — я повернулась к нему, оперлась ладонями о подоконник и посмотрела прямо в глаза. — Ну, или не секретничали бы возле окна.

Улыбка не сходила с моего лица. Мужчина сперва опешил, но очень быстро взял себя в руки — надо отдать ему должное. В глазах мелькнуло понимание, он хмыкнул и потянул шейный платок, который носил вместо галстука.

— Чего вы хотите? — спросил прямо.

— Минеральной воды, — не удержалась я.

Давыдов недовольно скривился, но подошёл к двери и велел приказчику принести бутылку и стаканы. Затем вернулся и застыл у стены, скрестив на груди руки.

Я же чувствовала себя превосходно, душа пела. И за шантаж было ничуть не стыдно. Я намеренно тянула время, желая посмаковать момент, и постоянно воскрешала в памяти выражение лица Давыдова во время наших встреч. Сперва в Дворянском собрании, затем в Стрельне.

А он бесился, я видела это. Отчаянно пытался скрыть и бесился ещё сильнее. Когда приказчик, наконец, принёс воду, у Давыдова во всю дёргалась на виске жилка.

Вдоволь насладившись, я перешла сразу к сути.

— Я подаю прошение о получении купеческого свидетельства. Его рассмотрят на заседании через неделю, мне нужно, чтобы вы стали моим поручителем.

Мужчина резким жестом провёл по волосам, ещё сильнее прилизывая тёмные пряди.

— Также я планирую создать свою типографию в форме товарищества. Нужно будет ваше участие, но позже.

Брови Давыдова вновь поползли наверх.

— А вы взялись за дело всерьёз, — сказал он неясным тоном.

— У вас создалось впечатление, что я шутила? — поинтересовалась я.

— У женщин часто слова расходятся с делами.

— Значит, вы выбираете именно таких женщин. Стоит задуматься, Михаил Сергеевич, — отрезала я и потянулась за стаканом.

Он неприятно усмехнулся, но обсуждение продолжать не стал. Весьма разумно, учитывая, какую истерику ему совсем недавно закатила Лилиана... С которой, как я поняла, они встречались когда-то и, вероятно, даже были близки...

— С чего я стану за вас поручаться?

Ого! Господин Давыдов решил сопротивляться?

— Откуда мне знать, что у вас хватит средств исполнить обязательства перед купечеством?

— С того, что иначе я скормлю газетчикам историю из вашего бурного прошлого.

Видит бог, я хотела по-хорошему.

Но, кажется, кроме меня в этом кабинете по-хорошему не хотел никто.

— И графиня Вяземская после вашей очень некрасивой ссоры непременно решит, что опорочить её решили вы. Да и Его светлость князь Урусов едва ли в этом засомневается, — сказала я, не сводя с Давыдова взгляда.