Книга Как выжить в Империи записки барышни-фабрикантки, страница 72 – Виктория Богачева

Мы вышли наружу, лицо обожгло холодным воздухом, и я с облегчением вдохнула его, будто выбралась из душного плена. Неприязненно покосившись на своего кучера, Урусов подвёл меня к одному из экипажей, что дежурили у ресторации.

Как странно, подумала я, князь знал, что кучер следит за ним и докладывает невесте? Тогда почему не увольнял его?

В их помолвке странностей было хоть отбавляй, но я строго приказала себе перестать задавать вопросами. Это не моё дело.

— Я должен извиниться за неприятную сцену, Вера Дмитриевна, — напоследок сказал Урусов, когда извозчик услужливо распахнул передо мной дверцу экипажа. — Графиня Вяземская не имела права вас оскорблять. Я прошу прощения.

— Я вовсе не обижена, — покачав головой, я дотронулась рукой в перчатке до его локтя. — Всего вам доброго, Иван Кириллович. И ещё раз благодарю за обед, его середина была весьма приятной.

Князь посмотрел на меня очень долгим взглядом, хмыкнул, дёрнул щекой и подал руку, на которую я оперлась. С тихим щелчком хлопнула дверца, извозчик уселся на к о злы, негромко скрипнули реверсы, и экипаж тронулся.

Не знаю, откуда у меня появилось это странное, щемящее чувство?..

Впрочем, стоило нам отъехать от ресторации, как тоску вытеснили другие, гораздо более приземлённые мысли.

Дома меня ждали скупленные ещё накануне газеты и журналы: я собиралась изучить предложение на рынке. Где-то на подкорке сознания я постоянно ощущала фоновую тревогу из-за Морозова. Обед с Урусовым слегка притупил её, успокоил, но стоило остаться одной, и она вернулась. Но здесь я ничего не могла поделать, приходилось полагаться на слово князя. Ещё следовало в ближайшее время вновь отправиться в Тверь, осмотреть имение, уладить последние формальности, чтобы как можно скорее вступить в наследство. Безумно хотелось переехать из квартиры, пропахшей бедностью, в которой каждый угол говорил о нужде и тяготах, в какое-нибудь просторное, светлое жилище, где я смогу всё обставить по своему вкусу...

Но прежде всего следовало сесть и жёстко посчитать финансы, а то планов у меня на миллионы.

Когда слегка растерянный извозчик высадил меня возле доходного дома, и я сделала буквально несколько шагов по дороге к крыльцу, то почувствовала на себе чей-то взгляд. Поспешно обернувшись, я не увидела ни одной живой души.

Наверное, столкновение с графиней Вяземской не прошло без последствий, теперь ещё долго будет казаться, что спину сверлят ненавидящим взглядом.

Ещё немного, и превращусь в миссис Беннет и буду жаловаться на свои «бедные нервны».

Подбодрив себя, я хмыкнула и торопливо поднялась по крыльцу. Ощущение пристальной слежки никуда не делось, но я отмахнулась от него.

Князь Урусов

Дом встретил его настороженной тишиной, нарушаемой лишь шагами лакея в коридоре.

— Добрый вечер, Ваша светлость. Её светлость принимает в голубой гостиной баронессу Штейн, — почтительно произнёс слуга, склонив голову.

Вот как, — хмыкнул князь про себя, впрочем, ничуть не удивившись, что младшая сестра решила нанести матери визит именно в день, когда приехал он.

Он шагал знакомыми коридорами дома, в котором вырос, и не чувствовал ничего, кроме глухого раздражения и желания заскрипеть зубами.

Где-то в глубине тихо звякнули часы, и этот звук показался слишком громким.