Книга Как выжить в Империи записки барышни-фабрикантки, страница 157 – Виктория Богачева

Я тихо выдохнула.

— Беру.

Обрадованная девушка помогла мне переодеться и ушла упаковывать платье, пообещав подобрать подходящие перчатки, сумочку, веер, накидку, а я задержалась у зеркала, расправляя рукава блузы.

В тот момент у соседней примерочной остановились две дамы. Судя по шелесту одежды, обе что-то рассматривали.

— Посмотрите, Марья Васильевна, какие новые манто выставили. Кажется, этот сезон наконец-то научил московских портных работать с мехом, — заметила первая дама.

— Да, фасон неплохой, — отозвалась другая, — но, по правде сказать, я пришла сюда не ради манто. После всех этих ям и сугробов на Тверской хочется просто где-нибудь отогреться. Ах, какое безобразное начало зимы…

Обе тихонько рассмеялись.

— Вы слышали, что произошло у Вяземских? — буднично спросила первая.

— Что князь помолвку расторг?

— Да нет же, это всем уже известно. Говорят, Лилианочка слегла с нервным срывом после такого. Никто её в обществе не видел, как объявление в газете вышло.

— Да что вы!..

— Моя кузина служит компаньонкой у тётушки графини. Она рассказала, что князь буквально растоптал чувства бедняжки. Никаких сантиментов! А ведь Лилиана была невестой его младшего брата...

— Да-да, помню-помню. Бедный мальчик, бедная его матушка, — причитала вторая женщина. — Со старшим сыном ей не повезло.

Первая победоносно хмыкнула.

— Говорят, у князя уже появилась какая-то барышня. Рыжеволосая. То ли журналистка, то ли бог её знает кто.

— Журналистка? — переспросила вторая, явно заинтересовавшись. — Ну конечно. Такие всегда привлекают внимание. Да ещё если молодая, с характером… Мужчинам это кажется свежим и необычным, а потом вся Москва обсуждает последствия.

Первая дама понизила голос. Но не чтобы быть деликатнее, а чтобы быть вкуснее как рассказчица.

— Видели их… представьте… в Стрельне. В ресторации. То есть он не только довёл до нервного срыва бедняжку Лилиану, он сразу же увлёкся какой-то кокеткой. Возмутительно!

— Уже не стыдятся ничего! — согласилась вторая.

— Я ещё слышала другое. Будто эта рыжая вовсе не журналистка, а только прикидывается. На самом деле охотится за состоянием. Такие сейчас пруд пруди.

— Конечно, конечно! У мужа двоюродной сестры такая же завелась. С виду примерная барышня, а на деле… профурсетка . Мужчины же слепы, им достаточно пары больших глаз и случайного прикосновения. Не удивлюсь, если и князя так охмурила.

Я же решила, что услышала достаточно, и резко отдёрнула плотные занавеси. Женщины даже подпрыгнули, словно нашкодившие гимназистки: наверное, не ожидали быть застигнутыми. Взгляды обеих метнулись к моим волосам. Рыжим .

А я уже достала из ридикюля свеженькие, совсем недавно отпечатанные визитные карточки.

— Доброго дня, сударыни, — лучезарно улыбнулась им, протягивая прямоугольники. — Позвольте представиться: Вера Дмитриевна Щербакова. В феврале ожидается первый выпуск моего журнала «Московский шик». Если у вас есть занимательные сведения о чём-то или ком-то, непременно напишите в редакцию. Мы очень любим живой материал.

Нужно отдать им должное: не дрогнула ни одна женщина. Улыбнулись в ответ и взяли карточки. Дамы старой закалки.

Думаю, они легко сопоставили, кто по совпадению подслушал их разговор. А нет, так сопоставят после театра, ведь князь намеревался представить меня свету. Пожалуй, скажу, чтобы называл своей невестой. Профурсеткой быть как-то не хочется.