Книга Оранжевое Лето, страница 209 – Валерия Стругова

Кира сползла по перилам, держась за живот.

— Ой, я не могу…

Я тоже не удержалась и хохотнула, отчего Валтер подошёл ближе и сел передо мной на корточки.

— Тебе понравилась история? Я рад, что ты улыбаешься.

— Просто я даже ребёнком тебя не могу представить, — осторожно ответила я, разглядывая его лицо. — Всегда такой серьёзный, строгий и... опасный. Почему ты не рассказывал мне этого раньше?

Валтер пожал плечами.

— Хотел, чтобы ты видела меня серьёзным, строгим и опасным. Хотел быть совершенным в твоих глазах.

Я смотрела на него, и смех медленно угасал на моих губах.

Кира всё ещё хихикала где-то рядом, но её голос постепенно растворился в тишине.

А мы… мы просто разглядывали друг друга.

Валтер сидел передо мной на корточках, его руки покоились на коленях, взгляд был пристальным, глубоким. Я ловила каждую мелкую деталь его лица: как в уголках глаз остались крошечные морщинки от недавней улыбки, как его дыхание выровнялось, как он чуть нахмурился, будто сам не понимал, почему вдруг всё стало так тихо.

Я осознала, что больше не слышу ни голосов, ни шагов.

Кира ушла. Тихо, бесшумно, оставив нас вдвоём.

Так спокойно.

Воздух между нами был тёплым, сладким, как свежий цветочный мёд.

Валтер Новак...

У него всегда была эта маленькая родинка у глаза?

Неужели в его глазах всегда было там много жёлтых крапинок?

А пробивающиеся маленькие волоски на коже? Почему я не замечала их? Сколько всего я не замечала, упиваясь его притягательной красотой?

Я поймала себя на мысли, что изучаю его черты так, будто хочу запомнить навечно. Каждую пору, каждый миллиметр.

Он тоже не отводил взгляда.

Было так странно, что даже после всех сказанных слов, после всей боли, после всего, что между нами произошло, мы могли просто сидеть вот так — в одном пространстве, в одной вселенной — и молчать.

Но в этом молчании было слишком много.

Я чувствовала его жар, даже не касаясь.

И знала, что его пальцы, если он вдруг протянет руку, будут горячими, но прикосновения в этот раз — осторожными.

Никаких слов.

Только сладостное ожидание чего-то, что, возможно, никогда не случится.

Мне хотелось вновь ущипнуть себя, ведь я знала, что если бы он сейчас наклонился ближе… Я бы не отстранилась. Но этого не происходило. Он не пытался касаться или напирать. Рыжеволосый бог смотрел на меня так, словно и сам видел меня впервые.

Мгновение растянулось, заполнившись тихим шелестом волн о борт яхты. Его глаза, цвета янтарного виски, изучали меня с непривычной задумчивостью.

Внезапно яхта слегка качнулась. Мы приближались к берегу.

Валтер моргнул, и наваждение рассеялось. Он поднялся одним плавным движением — безупречная королевская осанка, уверенность в каждом жесте. Солнце подсветило его рыжие волосы, превращая их в огненный ореол вокруг точёного лица. Он повернулся ко мне и улыбнулся — не той ослепительной улыбкой, которую дарил раньше, а совсем другой, сдержанной, почти незаметной.

Всё изменилось. Небо стало чёрным, а воздух спёртым.

Валтер стал собой. Похоже, он и правда больше не притворялся.

— Пора, — сказал он просто.

Новак не протянул мне руку. Просто развернулся и пошёл к трапу, ожидая, что я последую за ним сама. Я встала, чувствуя необычайную пустоту, словно кто-то стёр нечто важное ластиком.

Когда мы сошли на берег, я заметила их. Кай стоял, высокий и серьёзный, рядом с Кирой. На его руках были чёрные перчатки из тонкой, почти невидимой ткани. Их пальцы были переплетены. Они не смотрели друг на друга, но в том, как они стояли — плечо к плечу, близко, но не касаясь — чувствовалась такая интимность, что я отвела взгляд.