Онлайн книга «Обскур»
|
Я всхлипываю и бормочу: — Да… — Хочешь кончить, моя милая Куколка? Тогда ты должна попросить как следует. Ты ведь помнишь спор? – Теперь Ворон задевает клитор, отдаляясь и возвращаясь снова. – Ну же, попроси, чтобы я дал тебе свой член. Мои бёдра дёргаются навстречу, а стон дрожит в пространстве. — Пожалуйста, – кое-как выговариваю я, – трахни меня. Ворон низко, по-звериному, рычит, его зубы вонзаются в мой загривок, а пальцы наконец стимулируют так, как нужно. Из моего горла вырывается сдавленный хрип удовольствия. Ворон отстраняется, но ненадолго. Его руки впиваются в мои бёдра, притягивая ближе. Я где-то на гране между обмороком и оргазмом, особенно когда Ворон начинает медленно входить. Это не плавное скольжение, а волна интенсивных, почти болезненных ощущений. Его член ребристый из-за пирсинга, и металлические навершия усиливают стимуляцию. От блаженства я запрокидываю голову, с губ срывается протяжный стон. Ворон растягивает меня, заполняя до предела. Он продолжает пытку ожиданием, позволяя не только привыкнуть к его размеру, но и прочувствовать каждый шарик пирсинга внутри меня. Это всё ещё унизительно, и всё ещё невероятно возбуждающе. — Видишь, Куколка, а ты спорила со мной. Но ты идеальная игрушка, да? Я не отвечаю, потому что, кажется, его член каким-то образом повредил мне речевой аппарат, Морок его подери! Голова окончательно пустеет, когда Ворон начинает двигаться. Нет, не двигаться – вбивать себя в меня. Рывки его бёдер резкие, властные, каждый выдох сопровождается низким стоном сзади. Я же жалобно всхлипываю от нарастающей эйфории. Металл трётся о самые чувствительные места при каждом толчке. Боль и наслаждение сплетаются в единую ослепительную вспышку. Мои пальцы впиваются в матрас, а тело само движется навстречу, предавая хозяйку снова и снова. Ворон сжимает одной рукой мою талию, а другой стискивает волосы, оттягивая мою голову назад ещё сильнее. — Ну же, Куколка, кончи на мой член, – хрипло требует он. Перед глазами темнеет так, будто я опять теряю зрение, но мне плевать. Слепота лишь усиливает интенсивность ощущений. И его голос – заключительный аккорд в симфонии моего безумия. Сейчас Куколка не способна ослушаться приказа своего чудовища. Я кричу, утопая в удовольствии, а Ворон не сбавляет темп, продолжая трахать меня через оргазм, продлевая его до исступления. Он снова издаёт гортанный рык, впиваясь в меня сильнее. Его движения становятся резче, беспорядочнее, пока я наконец не чувствую потоки его высвобождения. Но есть что-то ещё… Нечто внутри шевелится и течёт вместе с кровью по венам. Чем бы оно ни было, сейчас оно лишь усиливает тягучее блаженство. Ворон тяжело дышит в спину, навалившись на меня. А я лежу под ним разбитая и дрожащая, чётко ощущая напоминание о своём позоре и его власти, разливающемся внутри меня. Ворон приподнимается и отодвигается, а я переворачиваюсь на спину, пялясь в проступающий среди тьмы потолок. Что б меня! Я дала монстру отыметь себя! Добровольно. Предки, что со мной не так? — Мия, – негромко зовёт Ворон, – ванная? Я сглатываю и киваю, стараясь не смотреть в его сторону, хотя всё ещё вижу красный свет его глаз. Он выходит из комнаты, слышится хлопок двери, а затем звук воды. Ворон возвращается и легко поднимает меня, несёт по коридору, а после и укладывает прямо в наполненную ванную… |