Книга Обскур, страница 58 – Ирена Мадир

— Моя Куколка, – низкий баритон Ворона сейчас кажется мне совсем непохожим на голоса Куаны или Эйнара. Он звучит одновременно интимно и опасно, пронизывает пространство и проникает под рёбра. – Кажется, ты очень хочешь узнать побольше обо мне?

По позвоночнику проходятся прохладные пальцы. Они ведут вниз к копчику и обратно, пока наконец не впиваются в мою шею сзади. Губы Ворона шепчут прямо у моего уха:

— Решила стать охотницей? Расставить силок на птичку? О, как бы марионетка не запуталась в собственных нитях.

Все эти фразы – больше, чем он говорил за последнюю декаду, и то, как легко теперь слова льются из него, пугает, а особенно их смысл. Он знает. Конечно, Ворон знает, что я пыталась разговорить Хоука. И Эйнар, и Куана застали меня на «месте преступления». Моё любопытство не осталось незамеченным, вновь расшевелив едва заскучавшего Ворона.

Я подрагиваю от напряжения, не зная, что будет дальше. Насколько сильно его злят мои попытки выведать о нём больше? Пока его «игры» не заходили дальше поцелуев, что меня полностью устраивало, но и голой он меня пока видел лишь раз… И тоже в душе… С тех пор он не пробирался сюда, а я надеялась, что больше его тут и не услышу. Но вот Ворон здесь, моё тело опять обнажено, а он совершенно точно раздражён моим поведением…

— Так значит, маленькая Куколка решила освежиться? Хм… Думаю, и мне не помешает почистить пёрышки, – насмешливо заявляет он, а затем вцепляется в мои плечи и резко разворачивает.

Я едва сдерживаю визг от неожиданности, а руками стараюсь прикрыть свою грудь и пах.

— Но для начала ты должна меня раздеть, не так ли?

КУКЛА

Я чувствую, как печёт щёки от стыда сразу из-за всего: и из-за моего внешнего вида, и из-за просьбы Ворона. Как он это себе представляет? Ничего не видящая девица на ощупь будет пытаться отыскать пуговицы?

Впрочем, чему удивляться? Конечно, маньяк в восторге от идеи «ощупывания». И вряд ли он носит одежду со множеством пуговиц.

— Ну же, поторопись, Куколка! – Ворон обхватывает мои запястья и подносит их к своему поясу: – Водолазка.

Оставшись без своеобразного щита из рук, я ёжусь и горблюсь, будто пытаясь скрыться хоть немного. Это унизительно, и лицо пылает от смущения и гнева.

— Давай, сладкая, я уже видел тебя обнажённой, не стесняйся, – хмыкает Ворон.

Он прав, но стыд от этого не уменьшается, а злость лишь усиливается от напоминания. Грёбаный маньяк врывается ко мне, лапает и смотрит на нагое тело, будто я его собственность! Как же бесит! Но мне просто нужно сыграть. Снова. И ещё столько раз, сколько потребуется, пока он не расслабится, а я не найду способ его раскрыть или… Или убить.

— Тебе незачем прятать своё тело, Куколка, ты идеальна, – выдыхает Ворон мне в шею.

Я вздрагиваю, чувствуя, как его губы вжимаются в плечо, оставляя горячий поцелуй. Слова пульсируют внутри, и похвала отзывается приятной щекоткой в животе.

Собственная внешность никогда мне особенно не нравилась. Я симпатичная, но точно не красавица. Слишком тонкие волосы, недостаточно худая и не совсем толстая. Без пухлых губ и огромных сияющих глаз, без вздёрнутого носика и без тонких черт. Мне говорили «ты милая», когда я наносила макияж и хотела услышать «ты такая красивая», но «идеальна»… Это слишком даже для фантазий…