Книга Когда отцветает камелия, страница 305 – Александра Альва

Эри села на чудом уцелевшей веранде, положив остаток гребня Идзанаги перед собой, и закрыла глаза. Кисть застыла над листом бумаги васи.

Она и сама не понимала, что собиралась сделать, просто доверилась внутреннему чутью. Амэ-онна учила её сражаться с помощью силы акамэ, но одно дело – немного менять реальность, чтобы поймать в ловушку ёкая, а другое – биться против древнего бога.

Нащупав внутри себя ауру гребня, Эри воззвала к ней, требуя откликнуться точно так же, как в Царстве мёртвых. Кисть опустилась, начиная новую картину.

Оммёдзи встал рядом, выставив чётки вперёд, и тут же увидел разъярённый взгляд Амацумикабоси – бог звёзд их заметил и побежал в сторону веранды, попутно отражая удары Инари.

Всего одно мгновение, чтобы подумать.

Хару выбросил из рукава десяток талисманов, которые, подобно птицам, метнулись к неприятелю, взрываясь перед ним и застилая дымом путь.

— Рин. Бёу. Тоу. Ся. Кай. Дзин. Рэцу. Дзай. Дзэн!¹⁷⁸ – прокричал оммёдзи, и его чётки замерцали.

Амацумикабоси застыл, словно в оцепенении, но это длилось лишь мгновение. Руки вновь дёрнулись, а меч Такэмикадзути разрубил заклинание.

Но неожиданно земля под ним затряслась, пошла трещинами и провалилась, увлекая божество за собой. Крепкие бамбуковые корни обвили его, закапывая всё глубже в почву.

Кровь лилась из носа Эри, но она продолжала рисовать, направляя силу гребня с помощью картины в сторону Амацумикабоси. Знак богини горел алым на её лбу, вплавляясь в кожу до кости, а рука с огромной скоростью выводила уже почти пустой кистью новые и новые бамбуковые корни.

Даже такая ловушка не могла надолго задержать разъярённого бога звёзд, который прожигал цепкие растения светом меча.

Но кицунэби уже облепили Амацумикабоси, а Инари ударила когтями, используя всю свою мощь, – хвосты за её спиной полыхнули таким ярким пламенем, что Эри и Харука повалились на землю от жара.

Клинок отлетел в сторону и тут же оказался в руках богини.

Она поднесла сверкающее лезвие к груди мятежного божества и на мгновение заколебалась.

— Постой! – закричал он, вырывая руки из хватки корней. – Мы ещё сможем всё исправить, давай начнём сначала вместе!

— Ты жалок! – зарычала богиня и надавила сильнее, отчего Амацумикабоси застонал – очищающая сила меча достигала самых тёмных уголков его души, выжигая остатки скверны.

— Я всего лишь хотел справедливости…

— Мы могли оставить этот мир вместе, но ты открыл мне глаза. Я – богиня, и я не уйду отсюда, пока не исправлю то зло, что мы натворили. Я должна была помогать людям, – она посмотрела в сторону акамэ и оммёдзи, неподвижно лежащих на веранде святилища. – Ведь они пришли ко мне на помощь, даже зная, что их сил не хватит.

— Это всего лишь жалкие смертные! – закричал Амацумикабоси, хватаясь голыми руками за меч, который всё глубже погружался в его грудь. – Ты ведь и сама так говорила! У нас с тобой другой путь!

— Говорила, но это не значит, что они заслуживают таких страданий.

От энергии, которую излучал клинок, тело бога звёзд задымилось.

— Прекрати! Прошу!

— Прости.

Богиня Инари закрыла глаза и надавила в последний раз, пронзая сердце Амацумикабоси. Вспышка белого света накрыла святилище, расходясь подобно взрывной волне, и всё утонуло в божественном сиянии.

Вскоре меч потух, и тело бога звёзд обмякло, так и оставшись связанным бамбуковыми корнями. Инари вытащила клинок и отбросила его в сторону, как нечто омерзительное, а затем осела на землю, закрывая лицо руками.