Книга Луна освещает путь в тысячу ли. Том 1, страница 229 – Александра Альва

— Прошу вас ещё раз пересмотреть это решение, Ваше Величество.

— Я уже всё обдумал и на рассвете будущего дня отправлю в город Люцзэ три отряда, осталось только поставить печать.

— Вы совсем недавно настояли на свержении действующего главы школы Юэин, а теперь нацелились и на школу Шэньгуан? – Третий дядя скрутил свиток и вынул из-за ворота нефритовый жетон, что служил высочайшим особам пропуском во дворец. – Я ваш первый министр, но вы даже не обсудили этот рискованный шаг со мной.

Император поднялся со своего небольшого мягкого трона, и его мрачная тень, рождённая светом зажжённых за спиной свечей, падала вниз и накрывала чэнсяна.

— Они замышляют против меня восстание, я знаю, что их помыслы уже давно нечисты… – прошептал он и подошёл к одной из курильниц, вдыхая ароматный дым полной грудью. – Ослабление клана Ван я уже начал, но клан Гэн беспокоит меня не меньше. Разве могут безродные заклинатели, возомнившие себя детьми светоносного небожителя, носить одежду жёлтого императорского цвета?^[153] Достаточное ли это основание, чтобы обвинить их в измене и уничтожить целый город под корень?

— Нельзя действовать столь опрометчиво! Старые заклинательские семьи всё ещё имеют большую силу и власть – такими решительными мерами мы можем вызвать недовольство и волнения в народе.

— Поэтому все и называют меня милостивым, – снисходительно пояснил император и зажёг палочки благовоний, которые стояли по левую и по правую стороны от его трона. – Я дам им возможность покаяться в грехах. Если глава Гэн прилюдно снимет жёлтые одежды и откажется от цвета своих флагов, то я пощажу поселение заклинателей, но если он захочет сопротивляться императорскому указу, то за неповиновение с надменных плеч всех адептов школы Шэньгуан слетят головы.

Чэнсян молчал, направив суровый взгляд на правителя, а Сын Неба повернулся к нему и вдруг швырнул свою золотую тиару, которую до сих пор держал в руке, на пол: та с дребезжанием ударилась о деревянный настил и отлетела с платформы.

— Не смей! – с нажимом произнёс император и указал на своего дядю пальцем. – Не смей делать вид, будто что-то решаешь здесь, в моей империи! Скажи то, что я хочу от тебя услышать, пока не стало поздно.

Немного помедлив, чэнсян произнёс:

— Вы приняли мудрое решение, Ваше Императорское Величество.

— Да, я знал, что ты меня поддержишь.

Тонкие губы молодого правителя дрогнули в тусклой улыбке, и он спустился с платформы, забирая у третьего дяди свой указ. Вновь разложив свиток, Сын Неба макнул массивную нефритовую печать в шкатулку с киноварью и оставил на бумаге алый след.

— Кругом заговорщики, поэтому мы должны принять надлежащие меры, чтобы обезопасить династию.

— Как вам будет угодно, – согласился чэнсян и поклонился, но так и не коснулся лбом пола, всё бросая на императора долгий нечитаемый взгляд.

На следующее утро тысячное войско под драконьим флагом выступило в сторону города Люцзэ.

Время

В Древнем Китае сутки делились на 12 временны́х отрезков – шичэнь, каждый из которых составлял сдвоенный час (120 минут). Эти отрезки были названы в честь двенадцати зодиакальных животных.

Час Крысы – с 23:00 до 01:00

Час Быка – с 01:00 до 03:00

Час Тигра – с 03:00 до 05:00

Час Кролика – с 05:00 до 07:00