Книга Луна освещает путь в тысячу ли. Том 1, страница 181 – Александра Альва

Пока остальные спешивались, Ван Юн успел оглядеться, и его тёмные брови незамедлительно сошлись на переносице. С виду в лагере не было ничего особенного: повсюду стояли сотни палаток, где обитали прибывшие на обучение солдаты, на каждом высоком столбе развевался на ветру красный флаг всё с тем же драконьим символом императорской семьи, а неподалёку слышались грубые крики командиров, подгоняющих отряды юношей, которые бежали ровным строем. Но что-то заставляло Ван Юна чувствовать себя неуютно, словно над этим местом навис невидимый купол, давящий на голову и заставляющий лунную ци течь по меридианам медленнее обычного.

Он не успел обдумать возникшую мысль: посланник, сопровождавший адептов в дороге, своим громким голосом, от которого звенело в ушах, приказал им немедленно привязать лошадей к коновязи и отправиться на построение, где, по его словам, новоприбывших уже ждали.

Центральная площадь лагеря обладала воистину внушительными размерами, ведь она вмещала сотни адептов, прибывших из разных школ. За ограждением, что отделяло плац от жилищ командиров, виднелись просторные шатры из дорогих тканей, среди которых расхаживали воины в тёмно-красных пластинчатых доспехах и шлемах с длинными перьями, а прямо перед собравшимися стояла величественная золотая статуя императора Цзинь Дэ, что казалась в два раза выше обычного мужчины. Любой, проходя мимо, выражал почтение правителю, склоняясь в глубоком поклоне.

Встав в первый ряд вместе с другими представителями именитых кланов, Ван Юн заметил, что все вокруг отчего-то смотрели именно на него и тихо переговаривались. Молодые заклинатели из дружественных школ и обычные солдаты – каждый посчитал своим долгом скользнуть по наследнику клана Ван острым, полным презрения взглядом, при этом не опускаясь до того, чтобы перекинуться с ним хотя бы парой слов. Причина тому могла быть лишь одна – кто-то уже успел пустить по лагерю порочащие слухи, и раз даже благородные юноши, идущие путём стихий, воспылали таким негодованием, значит, его действительно серьёзно оклеветали.

Ван Юн лишь усмехнулся на это и вскинул острый подбородок, незаметно нащупав кинжалы в рукавах. Пересуды посредственных заклинателей его мало интересовали, а возможность обзавестись парой недругов совсем не пугала и даже, наоборот, будоражила кровь. Ему не нужны были друзья на пути Лунной тени, он хотел добиться всего сам.

Из красного шатра, что располагался прямо за императорской статуей, вышел мужчина лет сорока с загорелым обветренным лицом и в доспехах из позолоченных пластин: он держал в одной руке свой сверкающий шлем с пером, а в другой желтоватый свиток.

— Построились! – рявкнул он грубым басом, оказавшись напротив разношёрстных новобранцев из всевозможных провинций и школ.

Юноши, многие из которых приехали в парадных одеждах и выглядели так, словно попали сюда по ошибке, нехотя зашевелились и вскоре встали в три длинные шеренги.

— Избалованные юнцы! – продолжил мужчина и смачно сплюнул прямо себе под ноги, отчего молодые заклинатели, воспитанные на «Книге обрядов и правил»^[129], поморщились. – Вас пока даже воинами назвать нельзя: вы скорее как жидкая грязь под моими сапогами, совершенно ни на что не годны. Но ничего, я утрамбую каждого из вас так, что вы станете крепкой дорогой под священными стопами нашего Императора! Меня зовут генерал Инь, и с этого дня я буду следить за вашим обучением.