Книга В заложниках интриг, страница 195 – Адриана Максимова

Дор хотел выругаться, но в обеденную вошли король и королева. Лейф держал Кордию под руку, и девушка бросала на него благосклонные взгляды. За столом все разом поднялись, и в помещении повисла тишина. Дор отложил тарелку и тоже встал. Он посмотрел на Кордию, и их взгляды встретились. Он чуть поклонился королевской чете и, сев на подоконник, вернулся к трапезе.

* * *

За ужином никто не обсуждал ни предстоящее снятие магического купола, ни переговоры. Все вели себя так, словно никакой угрозы не существует и этот вечер ничем не отличается от других. Дору это даже понравилось. Тревога, которая неотступно мучила его все эти дни, на какое-то время отступила. Он покинул обеденную раньше остальных и поднялся в комнату, где должно пройти обсуждение между магами и генералом. Сабола обещал рассказать нечто важное о касталийских войсках. Сейчас здесь никого, кроме Дора не было. Возможность побыть в одиночестве несказанно порадовало его. Он подумал об Альбе. Чем она сейчас занята? Почему она на самом деле решила обратиться к нему за помощью? В том, что за решением Альбы стоит что-то темное, он не сомневался. Долго думать о бывшей возлюбленной ему не удалось: дверь скрипнула и вошла Кордия. Увидев его, она замерла на пороге, словно не могла решить, уйти ей или остаться.

— Не уходи, – торопливо попросил ее Дор. Ему хотелось хоть минуту побыть с нею наедине.

— Я подумала, что ты хочешь побыть один.

— Уже не хочу, – заверил Кордию Дор, шагнув к ней. Он посмотрел ей в глаза. Она не отвела взгляд. – Вижу, у тебя с Лейфом все наладилось.

Дору не удалось скрыть горечь в голосе. Кордия едва заметно улыбнулась.

— Тебя это раздражает?

— Вызывает желание убивать.

— Почему? – спросила Кордия, и ее глаза заблестели.

— Лейф мразь и подонок, а ты…

— А я? – поддразнила его Кордия.

— Ты заслуживаешь лучшего.

— Например, тебя? – произнесла Кордия, и ее голос прозвучал чуть хрипло.

— Ты хотела бы этого? – спросил Дор и задержал дыхание, ожидая ее ответа.

— Да, – помолчав, ответила Кордия, и на ее щеках вспыхнул румянец. – Дор, мы обсуждаем невозможное.

— Никто не может запретить нам чувствовать и мечтать. Нет ни законов таких, ни правил. И это единственное, что по-настоящему честно, – горячо проговорил Дор. Свечи затрещали и загорелись ярче.

— Честно – это не всегда правильно. Ведь есть другие люди, для которых эта правда – предательство, – сказала Кордия.

— Притворяться, что ничего не чувствуешь – еще большее преступление.

— Я чувствую, Дор, – тихо призналась Кордия. – И намного больше, чем могу себе позволить. Но я понимаю, что это ни к чему не приведет, кроме боли.

— Я люблю тебя, – выпалил Дор. Он не собирался ей в этом признаваться, но не смог сдержать душевного порыва. Слова сорвались с губ, прежде чем он успел подумать, насколько это уместно. Кордия вздрогнула и растерянно посмотрела на него. – И вряд ли какие-то правила или ограничения это изменят.

— Дор… – прошептала Кордия, и он заметил на ее ресницах слезы. Ему до боли хотелось обнять ее, почувствовать тепло ее тела, услышать стук сердца. Зарыться пальцами ей в волосы и целовать ее, пока хватит дыхания.

— Понимаю, что это прозвучало не к месту, – смутившись собственной храбрости, поспешно начал Дор. Кордия покачала головой и приложила палец к губам. Он покорно замолчал. Девушка опустила руку, и он заметил две дорожки слез на ее щеках.