Книга История (не) Белоснежки, страница 68 – Ямиля Нарт

Когда я вышла из храма, держа перед собой лампаду с Вечным Огнём, меня встретила оглушительная тишина, а затем — нарастающий, как прибой, гул.

И тогда началось самое красивое. Жрецы и жрицы, стоявшие на ступенях храма, зажгли от моей лампады несколько маленьких свечей в своих руках. Они спустились в толпу, передавая огонь. По цепочке, от свечи к свече, от человека к человеку, холодное серебристое пламя расползалось по площади, перекидывалось на соседние улицы. В считанные минуты вся столица, насколько хватало глаз, озарилась морем мерцающих огоньков. Это было зрелище неземной, потрясающей красоты. И в этот миг раздался колокольный звон — не тревожный, а ликующий, праздничный, разносящийся над городом.

Я мысленно обратилась к тому, во что уже начала верить: ' Спасибо. Дай мне сил не подвести их. Дай мудрости исправить то, что сломано'.

И тут произошло то, чего не ожидал никто.

Все свечи и факелы погасли, но площадь не погрузилась во тьму. Её залил мягкий, серебристый свет, исходящий сверху.

Тысячи голов, включая мою, поднялись к небу. И все увидели Её.

Над площадью, высоко в воздухе, парили три сияющих образа, слитых воедино и всё же отдельных. Это была Богиня Луны в трёх своих ликах. Видение было настолько реальным, тактильным, что казалось, можно протянуть руку и коснуться края сияющих одежд.

Справа — Старуха-Мудрец, лик Убывающей Луны. Сгорбленная фигура в серых, простых одеждах, из-под капюшона струился свет неземной мудрости и вечного покоя.

Слева — Воительница, лик Полной Луны. В доспехах из лунного камня, с мечом из сгущённого света в руке, прекрасная и неумолимая, как судьба.

И в центре — Мать, лик Новолуния. Молодая, в струящихся белых тканях, словно сотканных из лунного сияния.

Они не сказали ни слова вслух. Но Их присутствие было голосом. Оно звучало в каждом ударе сердца. Это было чувство бесконечной древности, бесконечной мощи и… благосклонного внимания.

Все замерли. Народ, знать, жрецы, гвардия — все стояли, поражённые, многие пали на колени, закрыв лица руками, но не в силах отвести взгляд. Рядом со мной Прелат Ансельм рухнул ниц, его тело сотрясали беззвучные рыдания благоговения. Белоснежка прижалась ко мне, её маленькая ручка судорожно сжала мою, но в её глазах был не страх, а чистейший, бездонный восторг.

И тогда центральный лик, Мать, обратил свой взор прямо на меня. Её глаза, глубокие как ночное небо со всеми звёздами, встретились с моими. Голос зазвучал не в ушах, а в самой глубине сознания, тихий и ясный, но от этого не менее величественный.

— Дитя иного света, пришедшее сквозь разлом, не бойся. Это Я направила твой дух в опустевший сосуд, когда путь прежней хозяйки был завершён. Ты — не ошибка мироздания. Ты — шанс на исцеление, на рост, на новый рассвет для тех, кто позабыл о Нашем свете. Исправь сломанное. Вырасти будущее из семян прошлого. Мы будем наблюдать.

Затем сияющий взгляд Матери скользнул на Белоснежку, стоявшую рядом. В нём мелькнула безмерная нежность.

— И ты, дитя чистой крови и доброго сердца. Твой путь ещё впереди.

Видение длилось, возможно, всего полминуты. Но оно ощущалось как вечность. Потом три лика медленно стали прозрачными, их сияние стало рассеиваться, словно туман. Они растворились в самом воздухе, оставив после себя ощущение чистоты и мира.