Онлайн книга «Моя. По праву истинности»
|
Они вышли в тихий внутренний дворик, где уже золотились первые осенние листья. Артём говорил о чём-то своём, о лекциях, о погоде, и она кивала, лишь половину слушая, чувствуя странную пустоту. А потом он вдруг замолчал, покраснел до корней волос и выпалил: — Я давно за вами наблюдаю, Селеста. Вы невероятная. Я… я испытываю к вам очень сильные чувства. Думаю, это могло бы перерасти во что-то большее. Не хотите ли… встречаться? Она отшатнулась, будто от невидимого удара. Ох. Вот оно. Ненормальность. Очередная ловушка. Только другого рода. — Нет, — прозвучало тихо, но чётко. Она отступила на шаг. — Спасибо, но нет. Я не… я не ищу отношений. Но Артём, воодушевлённый, видимо, тем, что она вообще согласилась выйти, сделал шаг вперёд. Его рука потянулась, чтобы коснуться её локтя. — Подождите, может, просто дадите шанс? Мы могли бы… Он не успел договорить. Между ними возникла тень, огромная, перекрывающая солнце. Мстислав появился словно из воздуха, из самой гущи нависшей над двориком грозы. Он грубо, одной ладонью в центр груди, отпихнул парня, заставив того пошатнуться и едва не упасть. — Ты, — прорычал Мори голосом, в котором клокотала лава, —сейчас возьмёшь в руки остатки самоуважения и съебешь отсюда. Прямо сейчас. Пока я не решил, сколько твоих костей сломать будет достаточно. Артём побледнел, глаза его стали огромными от ужаса. Он что-то пробормотал и, спотыкаясь, почти побежал прочь. Селеста, оглушённая этой вспышкой первобытной агрессии, пришла в себя первой. Ярость, чистая и ясная, залила её. — Что ты себе позволяешь?! — её голос звенел, как лезвие. — Как ты можешь так вести себя? Это было ужасно грубо! Он ничего плохого не сделал! Мстислав повернулся к ней. В его глазах не было ни капли раскаяния. Только тёмный, всепоглощающий огонь. Он не ответил. Вместо этого он шагнул вперёд, схватил её за руку выше локтя. Не больно, но так, что любое сопротивление было бессмысленно, и поволок за собой. — Отпусти! Мори, ты слышишь меня? Отпусти немедленно! Она вырывалась, царапала его железную руку ногтями, но он был неумолим. Открыл дверь в новый, ещё пахнущий краской летний спортзал, протащил её и втолкнул в боковую комнату для инвентаря, захлопнув дверь. В полумраке, среди штабелей матов и спортивного снаряжения, он наконец отпустил её руку. Она отпрыгнула, как раненая пантера, дыхание её срывалось. — Ты ненормальный! Я всё расскажу отцу, я… Он не дал договорить. В два шага преодолел расстояние между ними, подхватил её за талию. Она была такой хрупкой в его руках, эта яростная, шипящая колючка…Усадил, почти бросил на сложенные в углу гимнастические маты. Они оказались лицом к лицу, его тело нависло над ней, заполняя всё пространство, весь воздух. — Замолчи, — прошипел он. И прижался губами к её губам. Это не был поцелуй. Это был захват. Акт воли, силы, чистого, неподдельного желания. Горячий, яростный, лишающий разума. Чёрт… чёрт побери… Нет. Нет-нет-нет… Но её тело не слушалось криков рассудка. Всё внутри, что месяц сжималось в комок напряжения, вдруг расплавилось, растворилось в этом огне. Она замерла, онемев, её губы под его натиском размягчились, приоткрылись. Она услышала собственный стон, приглушённый, предательский. Его руки скользили по её спине, прижимая ближе, одна запуталась в её белых волосах, откидывая голову назад, давая ему больший доступ. Его язык требовал ответа, и она, потеряв остатки воли, отдала. |