Книга Операция "Ух", или Невеста для Горыныча, страница 14 – Ирина Субач

Пригодился, костыль, в общем.

Значит, и колечко пригодиться. Вопрос, кому?

С этими немного мрачными мыслями я пришла во внутренний двор.

Там уже были готовы отправляться в путь.

Черноморовы дети и сам дядька к морскому дому, а вот мы… за Василисой.

На фоне тридцати трех богатырей, наша компания выглядела карикатурно и смешно – все разномастные и немного потерянные. Внушающее впечатление создавали только вороные кони: лучшие скакуны, которых батюшка выделил для похода.

Они всхрапывали, что пар из ноздрей, били копытами и всячески показывали, мол, давайте уже. Погнали! Почему стоим?

А стояли, потому что батюшка выдавал последние наставления:

— Чтоб путь ваш был легок – выдаю вам клубок путеводный. Чтобы в дороге не замерзли – лучину не гаснущую, чтоб еды хватало – скатерть-самобранку! Чтоб деньгами кому взяток дать – ларец с богатствами! – вещал Гвидон.

Я подошла поближе, и тихонечко толкнула отца в бок. У меня опять начали появляться неудобные вопросики.

— А зачем мне тогда все эти царевичи в путешествии? Если есть и клубок, и скатерть, и лучина.

— Для порядка. — Батюшка откашлялся в кулак и добавил, весело сверкнув глазами: — Честь твою будут того... — Чего?? — со злостью, басовито уточнила я. — Беречь! — выпалил батюшка, отворачиваясь и бормоча едва слышно что-то про сроки, часики и счастливые возможности, коими некоторым следует воспользоваться. – Правда ведь? Царевичи удалые?! Будете честь Змеины блюсти?!

— Мы за честь - завсегда постоять можем! — тотчас выдал Иван-Царевич

— С самого утра, как часовой на посту! — поддержал его Финист ясный Сокол.

— Только солнце в окошке, а уже стоит! – гоготнул Елисей.

— А бываль и в ночи просыпаться! — заржал на ломанном русском Гельмут.

Запоздало я поняла, что среди собравшихся куда-то запропастился английский королевич. Вопросительно взглянула на батюшку, мол, а где?

Тот недобро покосился на Вихря, который пропускал мимо ушей весь инструктаж, проверяя упряжь на лошадях.

Виновник отсутствия англичанина сразу стал ясен, а вот история за этим скрываемая пока нет. Тем более что батюшка продолжал вдохновительные речи:

— Молиться буду за вас, — сказал он, размашисто накладывая рукой на всех знак благословения Перуна.

— Не бойтесь, мы вернём её высочество, Змеину, в целости! — вышел вперёд Иван Царевич

— И в сохранности! — добавил друг его Елисей

— Ни одна волосинка не пострадает на вашей дочери. Никто не посмеет к ней прикоснуться! — кивнул Финист ясный Сокол.

— Всё равно буду молиться, — упрямо сказал царь. — А вдруг что-то и сладится… В добрый путь!

На этом от смахнул невидимую слезинку, и пока царевичи вскакивали на коней, и нетерпеливо поглядывали, когда я к ним присоединюсь, я не теряла возможностей узнать, почему мой отряд лишился бойца еще до отправления в поход.

— Я конечно не настаивала, чтобы с нами этот заморский шел. Но хотелось бы знать причины, – начала я.

Батюшка недовольно поморщился.

— Да сказал он, про бабку Вихря. Мол слышал, страшная она была, Яга эта, детей в печи жарила. А там слово за слово…

— И?

— В целителя он теперь. Варвар, что с него взять. Не обучен культуре общения!

Хмыкнула. Понимающие взглянув на Вихря.

Все правильно сделал.

Нечего нам тут свои заморские понятия красоты и поведения навязывать, особенно если речь про бабу Ягу. Говорят, мудрейшая женщина.