Книга Операция "Ух", или Невеста для Горыныча, страница 15 – Ирина Субач

Лично не знакома, но слышала: ей Кощей много денег был должен, даже смерть свою в игле заложил. Под много процентов. До сих пор не расплатился – а ключевая ставка в лесу каждый год растет!

До сих пор игла в залоге у Яги.

Собственно говоря, потому он и бессмертный, что пока Кощей Яге деньги не отдаст, она его в Навь не отпустит.

Вот это я понимаю – взаимовыгодная сделка!

— Пора тебе, доченька, в путь, – молвил батюшка. – Покажи там этому Горынычу!

— Постараюсь, – неохотно ответила я, все еще размышляя зачем вообще ввязываюсь.

— И без Василисы, или без царства не возвращайся! – напутствовал Гвидон. – А лучше и с одним, и другим. Если повезет, то и сама… ну ты поняла. Это самое. Внуков хочется…

Я закатила глаза к небу. Там как раз собирались тучи, предвещая снежную пургу.

— Не будем о плохом. То бишь о замужестве. Пора мне батюшка, а то так вовек и не уеду я.

И чтобы не рассусоливать больше, двинулась к коню.

Впереди уже нетерпеливо прыгал клубочек, то и дело приговаривая, почему-то томным женским голосом:

— Введите новый маршрут…

— К Горынычу веди! – прикрикнула я, чтобы колобковая душа точно меня рассышала.

Колобок подпрыгнул особенно высоко, завис в воздухе, покрутился по сторонам, словно осматривал местность, после чего выдал:

— Маршрут построен. Предполагаемое время пути пять дней, пять ночей. Пристегните ваши посадочные ремни, мы взлетаем.

Я недоуменно повернулась к батюшке, мол, что это?

Но тот только плечами пожал.

А клубочек уже покатился вперед. Стукнулся о стенку ворот, отскочил. Помотал своей клубковой головой, и со второго раза вписался в одиннадцатиметровые ворота.

— Вылитая наша сборная по футболу, – пробормотала я, тут же вспомнила, что футбол еще тоже не изобрели. И откуда я про него знала, тоже непонятно. Просто иногда накатывало.

Впрочем, не все свои тайны я сама осознавала, и не факт что вообще когда-нибудь узнаю.

Клубочек уверенно вел нас по дороге, ведущей в непролазный лес. Даже будучи заснеженным по самые верхушки вековых елей, он внушал страх чего-то темного и первозданного.

Словно заедешь в сотню локтей вглубь и пропадет даже намек на дневной свет.

Я покосилась на лучину не гаснущую, пожертвованную батюшкой. Хотелось верить, что тепла и света от нее будет достаточно для продвижения.

— Эй, Вихрь! Или как тебя там, – донесся до меня голос Ивана Царевича. – Так ты, получается, в этом лесу живешь?

Двигающийся первым после “колобка” Вихрь даже не обернулся, но начинающий подниматься ветер, донес его слова:

— Когда как, жизнь егеря не подразумевает наличие постоянного дома на одном месте.

— Но дорогу ты знаешь хорошо? – не успокаивался царевич.

— Боишься, что клубочек не туда заведет? – усмехнулся внук Яги.

— Я ничего не боюсь, но хочу быть уверенным в попутчиках. Вот на Елисея я могу положиться.

От Вихря донесся смешок.

— Так положись. Кто же тебя запрещает, аль тебе мое благословение нужно?

Оскорбившись, царевич схватился за ножны.

Понимая, что ситуация накаляется, а мы еще даже до леса не доехали, решила вмешаться.

— Если сейчас же не прекратите, то можете все возвращаться обратно ко двору Гвидона. Мне такие попутчики не нужны. Тоже мне защитники, мы еще и часа не едем, а вы уже передраться готовы! Поберегите силы для Горыныча!