Книга Преданная истинная черного дракона, страница 133 – Екатерина Борисова

— Этот пузырёк мне подбросили в таверне прямо в широкий карман фартука.

— Кому? — визжит со своего места лорд Кречет. — Кому это было нужно?

— Не знаю, — отвечаю я с достоинством. — Но мне совершенно точно не нужно было травить вашу дочь, к тому же я видела её впервые в тот вечер!

— Вы пытались отравить меня! — вскакивает с места Кречет.

— К спокойствию! — судья ударяет молотком. — А вы, мадам Веленгард, поясните, каким образом на пузырьке осталась ваша аура, если его подбросили?

А что я могу сказать? Лишь развожу руками.

— Позвольте, ваша честь? — с места поднимается военный лекарь Пуркинье. Сегодня он надел парадный мундир, повязал голубую ленту и вывесил на неё свои награды.

— Да, да? — судья опускает очки и рассматривает бравого военного поверх стёкол.

— Я могу прояснить, как именно оказалась аура подзащитной на флаконе.

— Я протестую! Мы протестуем! — визжит лорд Кречет.

— Отклонено! Поясняйте, господин Пурникье.

— Всё дело в том, что была нарушена процедура изъятия улик. Леди Идалин Арсгольд, простите, Веленгард, заставили саму выворачивать карманы. Таким образом, она коснулась пузырька.

— Всё ложь! Я был там! Я видел! — брызжет слюной лорд Кречет.

— Я тоже был и видел. И все офицеры драконьего отряда. Мы готовы, как один пройти проверку на амулете правды!

— Интересно, — судья опускает взгляд в свои бумаги и делает пометки. — Господин лорд-обвинитель, проведите проверку.

Лицо лорда Кречета идёт багровыми пятнами.

Все как один офицер по очереди обхватывают артефакт и отвечают на вопросы. И раз за разом артефакт признаёт их правоту, вспыхивая золотым свечением.

— Это подлог! — не сдаётся Кречет. — Идалин Арсгольд уже один раз обманула артефакт! Она могла научить других...

— Отклонено. Я читал ваше заключение. Обмана не было. С вашей стороны была допущена неточность в формулировке вопросов. Свои наблюдения по этому поводу позднее я передам коллегии имперских публиканов. Идём дальше. Что вы скажете о заколке и шубке, обвиняемая?

— Эту заколку я вижу второй раз в своей жизни. А вот шубка эта мне хорошо знакома, когда-то она принадлежала мне.

— ЧТО? — взвизгивает Агнес. — ПАПА! Что она несёт?

— Я сдала её старьёвщице — тетётушке Пипите! — продолжаю, не обращая внимания на вопли молодой девицы. — Она перепродала её и передала мне деньги с одним из драконьих извозчиков.

— Подтверждаю, ваша честь! — со скамьи у самого входа поднимается тётушка Пипита.

— Всё ложь, — краснеет публикан.

— Я лично продала шубку из меха белой горной лисы — редкой роскошной породы лорду Публикану за тридцать золотых. Деньги я получила монетами, свои комиссионные я сохранила, они всё ещё находятся у меня. Я готова предоставить их для считывания ауры. После лорда публикана их никто не трогал, — тётушка Пипита достаёт из глубокого кармана юбки тугой кошель.

— Всё ложь! Подлог! — лорд Кречет вытирает потную лысину платком, а его дочь закатывает глаза и обиженно фыркает на отца.

— Ты говорил, что заказал её в столице! — Агнес вскакивает и собирается покинуть зал.

— Ну доча, — хрипит лорд Кречет, падает обратно на скамью, фыркает и тяжело дышит. Он торопливо рыщет по карманам. Достаёт из скрытого кармашка крохотный гранёный пузырёк, отбрасывает крышку и залпом выпивает содержимое.