Книга Я растопчу ваш светский рай, страница 31 – Натали Карамель

Она практиковалась пять минут, меняя микроскопические выражения. И постепенно лицо в зеркале начало меняться. Оно не стало лицом сорокалетней Ирины. Оно стало лицом этой девушки, но той, что прошла через ад и вынесла из него не слом, а сталь. Взгляд стал спокойнее, глубже, взрослее. Ушла детская растерянность. Появилась… готовность.

«Приемлемо», — оценила она. — «Для первого дня».

Следующий этап — диагностика магического потенциала. В её мире магия была точной наукой, а её тело — идеально настроенным инструментом с имплантированными усилителями и нейродатчиками, которые выводили статистику прямо в сознание. Здесь же не было ни интерфейса, ни приборов. Только она, тишина и обрывки памяти Илании о «салонных фокусах» — как подогреть остывший чай или заставить цветок чуть ярче благоухать.

Примитивно, бытовое, но факт: магия в этом мире существовала. И тело Илании знало её на уровне смутных рефлексов.

Она села на край кровати, закрыла глаза. Дышала медленно, игнорируя боль. Она не искала привычных сложных контуров энергии. Она искала то самое базовое ощущение, «искру», с которой всё начиналось столетия назад. Ту самую чистую Σ-сигнатуру.

Сначала — ничего, кроме собственного напряжения. Потом, сквозь шум в ушах, она различила едва уловимую… вибрацию. Не в теле, а в пространстве вокруг, словно весь воздух слегка дрожал на невидимой частоте. Тончайший резонанс, похожий на звук камертона, который никто не ударял.

«Фон. Магический фон среды», — сразу идентифицировал её разум.

Это был хороший знак.

Теперь — внутренний поиск. Она обратила внимание внутрь, пытаясь найти отклик. И поначалу ощутила лишь пустоту. Не ту благодатную пустоту медитации перед боем, а глухую, немую пустоту выключенного прибора.

Потом, сквозь это ощущение, она различила не мощный поток, а тихий, заблокированный страхами болью ручеёк. Канал был. Но он был будто пережат, заглушён, как мышца, которую годами не использовали.

Воспоминания Илании подтверждали: да, у неё был дар, как у всех. Слабый, бытовой. Им почти не пользовались — Виралий считал это глупой детской забавой, а потом и вовсе запретил, чтобы «не высовывалась».

Ирина осторожно, как хирург, мысленным усилием попыталась «коснуться» этого ручейка, оживить его. Её сознание, привыкшее к чётким интерфейсам и мгновенному отклику, споткнулось о рыхлую, неструктурированную субстанцию.

Результат был микроскопическим: кончики её пальцев на миг стали чуть теплее обычного. Ни свечения, ни левитации. Но это было нечто. Не нуль. Это был фундамент. Треснувший, но фундамент.

Она открыла глаза. В ладонях не было света.

Установлено: магический канал существует.

Состояние: подавлен, атрофирован, блокирован психологической травмой и запретами.

Аналогия: мышечная дистрофия.

Лечение: систематическая тренировка и снятие блоков.

Салонный фокус — это примитивный рефлекс. Его можно развить в навык. Навык — в оружие.

Для этого требуются:

1) эмпирическое изучение законов магии этого мира;

2) ежедневные упражнения по восстановлению контроля;

3) поиск источников информации (библиотека, возможно, слуги).

Это был не просто шанс. Это был стратегический ресурс, который противник считал ничтожным. Идеально.

Она встала, подошла к окну. Внизу, в тенистом углу сада, была та самая беседка. Из окна её было видно лишь частично, но этого хватило. Место было уединённым, скрытым от глаз основного дома разросшимися кустами сирени.