Книга Я растопчу ваш светский рай, страница 29 – Натали Карамель

«Ленивый агрессор. Не хочет проблем. Боится публичного скандала. Его сила — не в физической мощи, а в социальных оковах, в её изоляции, в её выдрессированной покорности», — заметила внутренним голосом Ирина.

— Поняла, — прошептала она, сделав голос достаточно тусклым и послушным, чтобы его успокоить.

«Цель — сохранить статус-кво. Угрозы не видит. Упоминание «бумаг» и «отца» — ключевые данные. Требует изучения».

Он фыркнул, удовлетворившись, и повернулся, чтобы уйти.

— И приведи себя в порядок. Ты выглядишь как смерть.

Дверь захлопнулась. Илания стояла неподвижно, слушая, как его шаги удаляются. Дрожь в коленях наконец проявилась. Она позволила ей быть — это была реакция тела. Её разум уже работал, обрабатывая данные.

«Психологический профиль уточнён: нарциссичный агрессор. Основное оружие — социальные оковы (его титул, её происхождение), физическая привлекательность как инструмент манипуляции, изоляция. Мотивация? Пока ясна лишь жажда контроля. Ресурсы? Его аристократический статус. Её… вероятно, деньги.

Но почему тогда он держит её в страхе, а не тратит всё? Есть ограничение. Возможно, завещание отца. Слабые места, выявленные в ходе разведки: бумажный хаос в кабинете, любовницы, зависимость от мнения «света», самоуверенность. Текущий статус: противник считает угрозу нулевой. На руках — временное окно для подготовки и сбора информации».

Прошло не больше получаса после того, как шаги Виралия затихли внизу, и его экипаж отъехал от дома. В коридоре стихла суета — слуги разошлись по своим делам. В этот момент в дверь постучали.

Вошла Латия с ужином — на этот раз лёгким, но сытным: тушёные овощи, кусочек курицы, компот.

— Уехал в свой клуб, — сразу же, без предисловий, сказала Латия, ставя поднос. — Сказал, что будет поздно. Можешь поесть спокойно, никуда не торопись.

Илания взяла из рук Латии поднос.

— Ты... ешь, — сказала Латия, глядя, как Илания с той же методичностью начинает ужинать. В её голосе смешались облегчение и тревога. — Это хорошо. Силы нужны... Но... дитя моё, твой взгляд. Ты смотришь, как твой покойный батюшка на аукционе, когда оценивал лот, который должен был скупить, чтобы разорить конкурента. Холодно. Такого я в тебе не видала никогда. Ты будто стала на него похожа. На того, кого все боялись. Это... страшно, дитя.

Она испугалась собственной догадки. Её девочка, мечтавшая о стихах и розах, смотрела теперь глазами расчётливого стратега.

Илания подняла на неё взгляд. В нём не было прежнего страха. Была оценка.

— Я просто поняла, — тихо сказала Илания, — что чтобы выжить, нужно быть сильной. Даже если для этого сначала нужно просто... поесть.

Латия замерла, и в её глазах дрогнуло что-то древнее и сильное, что жило в ней ещё до страха — инстинкт защиты своего детёныша любой ценой. Даже если детёныш внезапно оскалил зубы. Она молча кивнула, забрала пустую тарелку и вышла, бросив на прощание:

— Спи, золотая. Завтра будет новый день.

Она спасла свой отряд, заплатив жизнью. Теперь цена свободы была иной. Её выкупали по грамму — едой, наблюдением, подавленной дрожью в коленях. И она была готова платить. До последнего грамма. Пока этот красивый, ядовитый мир не окажется у её ног.

Первый этап разведки завершён. Карта нарисована, противник классифицирован. Завтра начнётся этап подготовки. Первая цель — найти «бумаги». Вторая — превратить тенистый угол двора в полигон. Война объявлена.