Книга Я растопчу ваш светский рай, страница 13 – Натали Карамель

На его месте зияла пустота, обрамлённая обугленными и оплавленными конструкциями. Вся энергия была выкачана. Но вместо мёртвой тишины пространство вибрировало. Воздух мерцал, как над раскалённым асфальтом. По стенам и полу струились призрачные, переливчатые разводы — следы конденсированной магической энергии, оставленной чем-то огромным и неестественным.

— Никого, — пробормотал Гром, сканируя пространство массивным импульсным ружьём. — Тепловые следы… старые, размазанные. Они тут были. Но куда делись?

— Не ушли, — тихо сказал Саша. Его глаза были закрыты, лицо исказилось от концентрации. — Они… везде. И нигде. Их сигнатура не в привычном спектре. Они не в нашем физическом слое полностью. Они в… фазовом сдвиге.

Ирина включила внутреннее зрение на полную мощность. И увидела. Мир раскололся на два слоя. Первый — ржавая, пустая станция. Второй — наложенный на неё, как калька, призрачный ландшафт из бушующей, искажённой энергии. Там, в этом втором слое, пульсировали сгустки — тени существ. Они медленно дрейфовали, словно в воде, проходя сквозь стены и перекрытия реального мира, лишь изредка проявляясь тем самым скрежетом или щелчком. Они не замечали отряд. Или не считали его достаточно «вкусным» сейчас.

Одно из них проплыло прямо сквозь Грома. Богатырь вздрогнул, как от удара током. Его лицо на мгновение исказила гримаса чужой, леденящей тоски.

— Они не просто голодны, — прошептал он, с трудом отдышавшись. — Они в агонии. Как будто их содрали с… с чего-то родного и бросили сюда. Их голод — это попытка залатать дыру в себе.

— Они питаются чистым резонансом, — поняла Ирина вслух. — Реактор опустошили. «Альфу» обнулили. Теперь они в состоянии низкой активности, пока не появится новая пища. Мы для них пока — фоновый шум.

— Значит, приказ выполнить невозможно, — заключил Гром. — Как убить то, что находится между мирами?

— Значит, надо понять, как они туда попали, — сказала Ирина. — Лаборатория. Должна быть где-то рядом.

Лабораторию они нашли за смежным с реакторным залом помещением, заваренным наглухо. Грому понадобилось три точных удара кинетическим импульсом, чтобы выбить блокировку.

Внутри царил иной, стерильный хаос. Не следы борьбы, а следы спешной эвакуации или сокрытия. Опрокинутые стеллажи с биоконтейнерами, разбитые экраны, но в центре — огромный, неповреждённый голографический массив, всё ещё мерцавший тусклым синим светом.

— Это не лаборатория по биомагии, — сказала Ирина, подходя к массиву. — Это… квантово-резонансный картограф.

На экранах замерцали схемы, слишком сложные даже для её понимания. Не молекулы ДНК или вирусы, а диаграммы пространственно-временного континуума, графики сдвига фаз, модели чего-то, что обозначалось как «Душа-Отпечаток (Σ-сигнатура)».

Кирилл, удалённо подключившись к системе через канал Ирины, присвистнул.

— Командир… это даже не научная фантастика. Это ересь уровня основателей. Они изучали не перенос магии… они изучали саму субстанцию сознания, его квантовую привязку к магическому полю. «Зеркало» — это не усилитель. Это… телепорт для души. Они пытались не перекачивать силу, а перемещать сознание, «Σ-сигнатуру», из одного тела в другое! Доноры не «обнулились» — их разум был вырван и куда-то… перемещён!

На центральном экране запустилась запись. Доктор Василий, живой, одержимый, стоял перед установкой «Зеркало».