Книга Ты меня (не) любишь, страница 65 – Мари Са

Чашку отставляю и уже разворачиваюсь, как телефон срабатывает. Сбросить хочу. Устал неимоверно. Весь день одним сплошным пятном после того звонка от Гриши. Но на экран смотрю и тяжело вздыхаю. Помяни черта, называется. Отвечать надо.

— Что случилось отец?

— У твоей матери на следующей неделе день рождения, - без предисловий он начинает.

— Я помню.

— Будет очень много влиятельных людей. Я надеюсь, ты придешь туда со своей женой.

— Могу еще и ребенка прихватить. У нее мальчик. Шесть лет. Чудесный пацан.

Сам не замечаю, как в раж вхожу. Потому что парень и правда классный. Одни его глазища чего стоят. Иногда так зыркнет, что никаких слов не надо. Итак, все ясно. Он за свою маму любому глотку перегрызет. И я у него в первых рядах. Но тут мы с ним солидарны. Я за Ангелину тоже любого урою. Она мне как воздух нужна.

— Чужой ребенок будет там лишний, - возражает отец.

— А чем вам мальчик не угодил? - у меня почему-то внутри гнев закипает, хотя сам о нем такого же мнения, - вы же его даже не видели.

— Тебе нужны кровные наследники. А этот не пойми от кого.

— Отец этот ребенок сын моей жены, и я попрошу относиться к нему с уважением!

— Ты…

Но, прежде чем он еще что-то сказать успевает, звонок сбрасываю. Телефон отшвыриваю. Бушующую внутри ярость унять пытаюсь. И чего так разгорячился? Сам ведь этого паренька мелкого на дух не переношу. Отец все верно сказал. Он чужой. Не родной мне. Так почему эти слова так за живое цепляют? Внутри странно царапают. Понять не могу.

Три шага и лестница скрепит под ногами. Прямо по коридору и у заветной двери останавливаюсь. Думаю. Связку ключей в руках перебираю. Открыть защелку мне ничего не стоит. В конце концов это мой дом. А она моя жена. Достала уже все время в спальне своей прятаться.

Тихий поворот ключа и дверь толкаю. Внутри ни звука. Она спит. Раскинулась на большой кровати. В углу рядом кровать поменьше. Детская. В виде машинки. Я сам ее через интернет выбирал зачем-то. Чего ради старался? Никто, как обычно, не оценил. Ее неблагодарность бесит дико. Можно мне хоть раз нормально спасибо сказать?

Но обида внутри уже не та горькая, что при первой встрече. Когда в толпе на гонках ее увидел. После стольких лет. Она в лучах заходящего солнце. Настоящее чудо. Так что и не поверил сразу. А когда понял, то уже не смог отпустить. Руки сами ее выбрали. Вот и сейчас не собираюсь.

Не важно, кого она там любит. Отца своего ребенка. Или другого человека. Важно, что теперь для нее есть только один выбор. Это жизнь со мной. И она его принять должна. Хочет, не хочет. А придется.

На руки сонное тело поднимаю. Она бормочет что-то во сне. Ко мне жмется. Теплая такая. Податливая. Волосы в лунном свете словно серебро. Губами своими приоткрытыми опять соблазняет. Так и хочется поцеловать. Снова вкус ее почувствовать. Ведь я давно на него подсел. Вот только нельзя. Нельзя будить спящих красавиц. Мою так уж точно. Ведь она сразу в злобную фурию превращается.

Обратно в коридор и несколько шагов до моей комнаты. На кровать опускаю и любуюсь некоторое время. Просто стою как дурак и пялюсь на то, как Ангелина в моей кровати смотрится. На моих простынях. Моим одеялом укрытая. Зрелище завораживающее.

Лямка тонкой сорочки с плеча спадает. Шумно сглатываю. Чувствую, как в штанах все напрягается и понимаю. Осталось их только скинуть и прямо тут непотребствами заняться. Ну, не маньяк ли я после этого. Только как тут устоишь?