Книга Ты меня (не) любишь, страница 100 – Мари Са

— Вы что дрались?! - к нему подскакиваю.

— Не волнуйся, - он холодный весь, с мороза, ладонью по моему животу ведет, - все хорошо. Иногда до мужчин так лучше доходит.

— Какой оригинальный способ, - усмехаюсь, - давай холодное приложим, пока синяк не появился. А то как на работу пойдешь?

Уже к холодильнику направляюсь, но он тормозит. Обратно на себя тянет. Морозом снова обдает. И под халатик ладонями залезает. Я пищу. То ли от восторга, то ли от холода внезапного. Но не долго. Потому что на смену приходит стон. Когда Богдан под белье залезает. Стягивает его с меня. Руки к столешнице прижимает мои и на спину слегка надавливает.

— Ангелина, прогнись. Не хочу, чтобы тебе больно было, - шепчет уже давно охрипшим голосом, и я теперь знаю почему он такой, грубый, словно сорванный, теперь я знаю, как он тоже страдал без меня, я теперь все знаю.

Послушно попку выставляю и глаза закатываю, когда он толкается. Не с наскока. Не резко и грубо, как любит сам. А плавно и тягуче. Медленно двигается. Удовольствие внутри растягивая. Бедрами в меня врезаясь. Продлевая сладкое блаженство. Уже глаза прикрываю, но Дан снова наклоняется. Языком по плечу ведет и шепчет.

— Больше не могу, малыш. Прости. Совсем меня с ума сводишь.

И напор в разы усиливается. И стон в крик переходит, который я сдержать не могу, каждый раз когда он в меня впечатывается. И к финалу мы, как это часто теперь бывает, вместе приходим. Уставшие. Вымотавшиеся. Но безумно счастливые.

Богдан выходит, и я чувствую, как по ногам течь начинает. Ничего себе он расстарался. Уже пошутить хочу, но взгляд его перехватываю, который ругательством сопровождается. А через секунду понимаю, что не зря меня сегодня так на уборку тянуло. Не зря малышка внутри весь день беспокойной была.

Пока Дан в шоке до сих пор без штанов стоит, быстро себя в порядок привожу. Сумку давно собранную хватаю.

— Поехали!

— Куда?

— В больницу. Рожать. Ты главное в обморок не падай. Я не хочу на такси отсюда добираться, - предупреждаю на всякий случай.

А он наконец в себя приходит. Штаны натягивает. До машины мне дойти помогает. А потом все как в тумане. Очухиваюсь уже на следующее утро, уже в палате. Рядом Богдан с ребенком на руках сидит. Баюкает. Он всю ночь от нас не отходил. Оказывается, совместные роды – это здорово. Наверное, потому что рядом любящий, заботливый мужчина.

Даня врывается в палату дорогой клиники как к себе домой. Маленький, яркий ураган чистых эмоций. Снося все на своем пути. Под ворчание врачей и в сопровождении бабушки. Врачам, конечно, это столпотворение не нравится. И будь клиника государственной, сюда бы вообще никого не пустили.

— Какая она маленькая! - кричит мой уже первоклассник, - можно подержать? А погладить? А почему глазки закрыты? А говорить она умеет? Пап, ну дай подержать?

— Поздравляю с рождением дочки, - Тамара Петровна к моей кровати подходит, - я здесь домашней еды собрала. Все на пару.

— Мама, здесь в клинике нормальная кухня.

— Ну и что! - отрезает она, - домашнее все равно вкуснее. Покушай, Ангелина. Тебе сейчас много сил понадобиться. И о Даниле не волнуйся, мы за ним присмотрим.

— Спасибо! - говорю за все сразу.

— Мам, а как мы ее назовем? - не унимается сын.

— Алина, - отвечает ему Богдан.

А Тамара Петровна хмурится.

— Я скоро в ваших именах путаться начну!

— Не волнуйся, мама, - передает ей внучку Дан, - следующего мальчика мы назовем Никитой.

— Какого еще следующего? - возмущаюсь.

Но вместо ответа меня целуют в губы. Даня хихикает. А Тамара Петровна интеллигентно отворачивается.

— Разве я не говорил, что мечтаю о большой семье! - шепчут мне в висок.

— Насколько большой? - шумно сглатываю.

— Настолько, чтобы в твоей милой головке не было место лишним мыслям.

— Я требую развод!

— Поздно, любимая, - желанные губы опять скользят по моим, так губительно, так сладко, – или ты забыла слова свадебной клятвы: вместе и навсегда!