Книга Любовь под паролем, страница 13 – Вера Рудецкая

Губы Грачёва коснулись моего уха.

— Вчера ты с большим интересом разбирала мой характер на атомы. А сама? Не кажется тебе, что мы очень похожи? Именно поэтому…

Внезапно босс отступил, будто от удара током. Замешательство. А затем лицо его снова стало холодным, непроницаемым.

— Десять часов. Мой кабинет. Не опоздайте.

Он развернулся и быстрым шагом спустился вниз. Дверь в холл с грохотом захлопнулась.

Я прислонилась спиной к холодной стене, пытаясь перевести дыхание. Сердце колотилось как сумасшедшее, а внутри всё горело — от унижения, злости и чего-то ещё, чего я не хотела признавать. Совсем не это я планировала.

Хотела сбить его с толку, а получилось наоборот. На этот раз последнее слово осталось за ним. Но больше такого я не допущу.

Потребовались минуты, чтобы прийти в себя. Я поднялась на пятый этаж, зашла в дамскую, поправила макияж и собрала волосы в тугой пучок. Глядя в зеркало, пыталась увидеть уверенную в себе женщину, а не взволнованную девчонку, только что прижатую к стене.

Ровно в десять я вошла в кабинет Грачёва. Он сидел за столом, безупречный и собранный, и смотрел на меня с видом, в котором читалась явная победа.

— Садитесь, Соболевская, — произнёс он, указывая на стул. — Обсудим ваши баннеры. Вчерашний вариант, несмотря на ваши эмоции, всё ещё далёк от идеала.

Я села, сжав руки на коленях.

Игра продолжалась.

Только теперь правила стали ещё сложнее.

Я сжимала в руках стилус до онемения пальцев. В горле пересохло, будто весь воздух выкачали из комнаты, оставив лишь густую, вязкую тишину. Её прерывали только щелчки пальца босса по планшету — перелистывание слайдов.

Грачёв молчал. Только смотрел. И это было страшнее любой критики.

Наконец, слайд-шоу закончилось. Он отложил планшет, сложил пальцы домиком и медленно поднял взгляд на меня.

— Виктория Соболевская, — после паузы произнёс он. — Технически — безупречно. Композиционно — выверено. Цвет… приемлемо.

В груди дрогнула глупая надежда. Может, сегодня обойдётся?

— Но это мёртво, — добавил он, и надежда рассыпалась прахом.

Грачёв поднялся, подошёл к экрану и ткнул пальцем в центральный элемент.

— Вот здесь. И здесь. Вы вообще думали, когда делали это? Или просто собрали из чужих осколков? Где мысль? Где та самая глубина, о которой вы так любите говорить?

Каждое слово попадало в цель. Я чувствовала, как заливаюсь краской, ненавидя себя за эту слабость.

— Я исходила из брифа, Кирилл Грачёв, — намеренно выделила его имя — так же, как он. — Бровь босса приподнялась. — Клиент хотел сдержанности и элегантности.

— Клиент не знает, чего он хочет! — резко перебил он. — Наша работа — показать ему это. А вы принесли обёртку без конфеты. Красиво, но пусто.

Он встал, упёрся ладонями в столешницу, наклонился вперёд. Его фигура будто заполнила всё пространство.

— Вы способны на большее, Виктория. Я это видел. Но вы прячетесь. Боитесь ошибиться. Боитесь быть слишком смелой. Слишком живой. Так не получают здесь очков. Так их теряют.

В глазах потемнело от злости и унижения. Опять этот тон — как будто я упрямый ребёнок.

— И что же вы предлагаете? — процедила я сквозь зубы.

В его взгляде мелькнул хищный огонь, от которого у меня перехватывало дыхание с первого дня.

— Предлагаю перестать играть в дизайн. Начать его чувствовать. Вернитесь к работе и найдите там себя. Мне нужна ваша голова, Виктория, а не просто умелые руки.