Книга Отогрей моё сердце, страница 6 – Люсинда Миллер

Ожидая в здании вокзала прибытие поезда "Тюмень - Новый Уренгой", Есения с грустью вспоминала, как окрыленная ехала семь лет назад сюда учиться, надеясь, что никогда не вернется обратно в край болот, скудной растительности и короткого лета. По крайней мере не на постоянное место жительства. Но у судьбы как известно свои дороги.

— Мама, а медведи там ходят по улице как собаки? – спросила Вера.

— Бывает, забредают к жилищу или мусорным бакам, поэтому ты не должна отходить от меня. Детям находиться без присмотра родителей небезопасно.

— И в машине тоже? – испуганно выпучила глазенки девочка.

— Нет, - усмехнулась мама. - В машине не страшно. Но ведь у нас ее нет, значит, будем гулять осторожно.

Девочка закивала с умным видом на лице, посмотрела в сторону клетки с крысой, которую никак не хотела отдавать соседке или в питомник, устроив слезливую истерику и поставив перед фактом: либо Одуван едет с ними, либо она остается жить у тети Лиды. Есения сдалась, понимая, что бросить питомца и сама не может, для этого слишком ответственная.

— А Одувана не съедят дикие звери, мама?

— Если ты будешь следить за крысой и не дашь улизнуть за порог, не тронут, - улыбнулась Есения опасениям дочери.

— Я буду следить. И клетку запирать хорошенько, - жарко пообещала. – А бабушка Таня, она не злая?

— Нет, она добрая. Она будет тебе печь блинчики и вязать варежки, чтобы ладошки моей заюшки не мерзли, - улыбнулась, потрепав дочь по непокрытым волосам.

— Мама, а скоро наш поезд?

— Скоро, Вера. Вон, - указала на электронное табло. - Уже приближается, сейчас начнут объявлять.

Девочка с восторгом оглядывала приближающий локомотив, стоя на перроне и припрыгивая на месте, пытаясь заглянуть дальше, неотрывно следя как фырчащая машина, издавая гудок быстро катится, как по масляной поверхности.

Сотрудники РЖД помогли Есении поднять чемоданы в вагон и проводили до купе.

Есения, пустив впереди себя Веру, шла следом по коридору вагона, улыбаясь первому впечатлению дочери от поезда. Девочка оглядывалась, проверяя наличие матери позади, смотрела по сторонам то в окна вагона, то с любопытством заглядывала в проемы купе, из которых то и дело выходили пассажиры, неся багажные сумки.

— Мама, это транвай с кроватями! – сделала вывод Вера, с восхищением, чем вызвала смех мужчины, с которым они столкнулись в проходе.

— Вера, не траНвай, а траМвай и это поезд, и он перевозит людей на дальние расстояния.

— Поезд..., - посмаковала слово. - Но он похож на трамвай, - округлила свои голубые глазенки, доказывая правоту.

Они отыскали свое купе и Есения отодвинула дверь.

Вера не выпускала клетку с крысенышем ни на миг, боясь, что ее заберут тети или дяди или ненароком откроют задвижку и зверек сбежит. Оглядев пространство, где им придется провести какое-то время, осталась довольной. Поставив на одну из полок клетку с любимцем, села рядом, приблизив нос к окошку.

На улице пошел снег. Крупные пушистые снежинки медленно падали с неба, точно балерины, кружась в грациозном одиночном вальсе, опускались наземь, разбиваясь, таяли.

— Мамочка, смотри: снег идет! – пискнула с восторгом Вера и повернулась к матери. – Он нас провожает.

— Да, зайка моя, небо грустит по нашему отъезду. Но там куда мы едем его очень и очень много. Ты еще устанешь от сугробов.