Книга Золотая орда, страница 113 – Мила Дрим

Тимур схватил меня за плечи – жесткие пальцы вцепились в мою нежную кожу, и я ощутила, какими другими могут быть прикосновения моего мужа. Мне стало неприятно, но я сдержалась.

— Ты ничего не знаешь о моей жестокости, Камила, – с холодной, убийственной улыбочкой, начал Тимур, и моя душа тот час заледенела, страшась его тона, – и очень надеюсь, что и не узнаешь. Что касаемо того, что ты не сможешь выдержать – мне показалось, или ты решила включить манипуляцию – дай мне учиться, или я уйду? Я правильно услышал?

— Нет, я имела в виду другое, – честно призналась я. – Ты делаешь мне больно.

Тимур разжал пальцы, и я покачала головой, касаясь ладонью своей груди:

— Здесь тоже, Тимур.

Он посмотрел на меня долгим, задумчивым взглядом.

— Я не собираюсь менять своего решения. Хочешь учиться дальше – мы переведем тебя на заочку.

— Тимур? – я умоляющее посмотрела на него.

— Все, разговор окончен, – муж резко отвернулся от меня, а я, застыв на месте, пораженно смотрела на него, наблюдая за тем, как он раздевается и аккуратно, не торопясь, складывает свои вещи в шкаф. Его тугие мышцы перекатывались под бархатистой, смуглой кожей. Я ощутила острое желание прикоснуться к нему, и чтобы муж обнял меня, но вместо этого я, подхватив сорочку, прошла мимо Тимура, направляясь в ванную комнату.

Я заперла дверь и встала под теплые потоки воды. Слезы побежали по моим щекам, я злилась, страдала, всхлипывала и ревела от обиды. Наконец, когда я вылезла из душа и подошла к зеркалу, то увидела результат страданий – мои глаза сильно покраснели и опухли, впрочем, как и мой изящный нос. Бледная, с синими тенями на лице, с вымученным выражением, я точно не выглядела счастливой и привлекательной женой.

Я тихо вышла из ванной комнаты – и прислушалась: из зала раздавался звук включенного телевизора, а на его фоне – приглушенный голос Тимура – он снова говорил по телефону. Вот так. Я, все еще ощущая обиду в груди, к которой добавилась и опустошенность, прокралась в спальную комнату. Прежде чем лечь на постель, я достала из пакета – где он все это время лежал – моего любимого, белого медвежонка. Глядя на его потрепанную мордочку, я даже испытала чувство вины – забросила своего верного друга почти на самое дно пакета с домашними вещами. Эх!

Прижав игрушку к груди, я забралась под теплое одеяло. С тоской в сердце, я устремила взор на пустующую половину кровати. Придет ли? Слезы снова подступили к глазам, и я, повернувшись спиной к тому месту, где должен был спать Тимур, тихо-тихо заплакала, вытираясь белым медвежонком. Постепенно, я стала успокаиваться и погружаться в дрему – балансируя на грани реальности и сновидений.

Когда я уже начала видеть что-то, похожее на сон, а мое тело окончательно обессилело, дверь в спальню приоткрылась, и я услышала тихие мужские шаги. Я ощущала каждой клеточкой своего тела, что Тимур смотрит на меня – ощутив покалывание и ласкающее тепло. Раздался звук напрягающихся пружин матраса – мой муж пришел спать со мной, даже не смотря на то, что я, вероятно, разозлила его, и вела себя уж точно не как суперпокорная жена. Мое сердце дрогнуло, но я продолжала лежать на месте, лишь мое дыхание стало тяжелее от нахлынувшего волнения.

Мое сердце дрогнуло еще раз, когда широкая, шершавая ладонь, гладя, прошлась по моим плечам и остановилась на изгибе талии. Прошло несколько секунд, прежде чем Тимур, обняв меня за живот, подтянул к себе. Его теплые губы уперлись в мой затылок, а рука, меж тем, лаская, прошлась по моим влажным, от слез, щекам. Затем, эта же рука уперлась в моего белого медвежонка, и, на миг, замерла.