Книга Исповедальная петля, страница 77 – Игорь Патанин

— Сколько времени до заката?

— Три часа.

Эриксен собрал участников расследования на экстренное совещание. Кроме Михаила, Ингрид и самого инспектора, приехали профессор Лунд, адвокат Борисов, журналист местной газеты Нильс Сёренсен (который активно освещал дело) и заместитель начальника полиции региона Ларс Йоханссен.

— Господа, — начал Эриксен, — ситуация критическая. У нас восемь заложников и маньяк, который готов их убить. Штурм невозможен — слишком велик риск жертв.

— А что если согласиться на его требования? — предложил Борисов. — Войти в церковь, но под прикрытием спецназа?

— Он этого ожидает. В дневниках ясно написано — мы должны прийти одни, иначе ритуал не состоится.

— То есть он нас просто убьет, — констатировал журналист Сёренсен.

— Скорее всего. Для него мы не люди, а символы, которые нужно принести в жертву.

Михаил изучал план церкви, который принес Лунд.

— А что, если попробовать нестандартный подход? — предложил он. — В подземелье есть несколько входов. Если отвлечь Торна переговорами, группа захвата могла бы проникнуть снизу.

Командир спецназа майор Олсен покачал головой:

— Подземные ходы слишком узкие. Один человек с пистолетом может перебить целый отряд. Риск очень велик. И потом — мы не знаем точного расположения заложников и убийцы.

Ингрид вмешалась:

— А что если использовать тепловизоры? Определить, где находятся люди, и спланировать операцию?

— Стены церкви слишком толстые. Тепловизор не пробьет.

— Тогда нужны микрофоны. Установить подслушивающие устройства и понять, что происходит внутри.

— Как их установить незаметно?

Майор Олсен задумался, изучая схемы здания.

— Есть одна возможность. В северной стене церкви есть старые вентиляционные ходы. Если просверлить небольшие отверстия и установить микрофоны…

— Сколько времени потребуется?

— Час на подготовку, еще час на установку.

— Делайте. А мы тем временем будем вести переговоры, отвлекать его внимание.

План начал обретать очертания. Пока спецназ готовил скрытое проникновение, переговорщики должны были удерживать внимание Торна.

— Кто будет вести переговоры? — спросил Эриксен.

— Я, — сказал Михаил. — Он считает меня главной целью. Если услышит мой голос, может стать менее осторожным.

— Слишком опасно. Он может потребовать, чтобы вы вошли в церковь.

— Тогда я войду. Но уже зная, что спецназ готов к штурму.

Ингрид категорически запротестовала:

— Михаил, это самоубийство. Он вас сразу убьет.

— Не сразу. Ему нужен ритуал, определенная последовательность действий. Это даст время спецназу.

— А если ритуал потребует вашей немедленной смерти?

— Будем импровизировать.

Эриксен долго молчал, взвешивая все "за" и "против".

— Хорошо, — сказал он, наконец. — Попробуем. Но при первых признаках опасности для заложников начинаем штурм, независимо от последствий.

Следующие два часа прошли в напряженной подготовке. Спецназ бесшумно сверлил отверстия в древних стенах, устанавливал микрофоны и камеры. Переговорщики изучали психологический профиль Торна, готовясь к сложному диалогу с безумцем.

Михаил тем временем еще раз перечитывал переводы дневников убийцы, пытаясь понять логику его действий. В записях была одна деталь, которая его беспокоила: Торн неоднократно упоминал о "запасных путях" и "множественных планах".