Книга Луковая ведьма, страница 124 – Полина Луговцова

И Тим побежал сквозь лес к реке.

Федора что-то крикнула ему вслед, но он не расслышал. Свистящий шум в ушах и грохот собственного сердца заглушили для него все прочие звуки, и даже когда в легких закончился воздух, а мир перед глазами начал расплываться, он не остановился, чтобы передохнуть. Крики становились все громче, и это означало, что он движется в верном направлении. По голосам кричавших было слышно, как иссякает их вера в возможность дождаться помощи. Вскоре лес расступился, и впереди заблестела речная гладь, отливавшая алым в лучах заходящего солнца. Посреди реки покачивалась утлая лодочка, погрузившаяся в воду по самые борта – еще чуть-чуть, и затонет. Шестеро бритоголовых мальчишек, находившихся в ней, орали во все горло, вытянув шеи. Судя по панике, плескавшейся в их округлившихся от ужаса глазах, плавать никто из них не умел. Увидев Тима, они оживились; над лодкой вырос лес машущих рук. Тим тоже вскинул руки, сцепил их в замок над головой и крикнул: «Держитесь!», но бросаться в воду не спешил, понимая, что не успеет вытащить всех. Нужно было срочно что-то придумать. Оглядев заросший ивами берег, он едва не пустился в пляс от радости, когда на глаза ему попались несколько крупных коряг, похожих на трупы инопланетных головоногих чудовищ, застрявших в зарослях. Коряги выглядели так, словно река изрядно помотала их, прежде чем вынести на берег, и это позволяло надеяться на их плавучесть: древесина, лишенная коры, была гладкой и с виду крепкой, а размер самой крупной из коряг не уступал размерам рыбацкой лодки.

Это спасение! Главное – успеть! Тим сбросил рюкзак и куртку, взялся за приглянувшуюся корягу и, нещадно сдирая кожу на ладонях, перетащил ее к воде. По пути он заметил на песке россыпь луковиц и догадался, кто постарался сделать так, чтобы дети оказались в тонущей лодке. Не иначе здесь недавно побывал Артур Бенедиктов. «Если, конечно, рассказу Федоры можно верить!» – закралось в душу Тима гнетущее сомнение, но сейчас был неподходящий момент, чтобы размышлять об этом, и он сосредоточился на коряге. Критически оглядев ее, он усомнился, что коряга способна выдержать шестерых мальчишек, пусть и худющих, однако выбора у него не было. Что ж, будь что будет!

Река остудила его пышущее жаром тело, подхватила корягу, за которую он цеплялся, и, казалось, сама понесла ее по направлению к лодке, наполовину скрывшейся под водой. Над поверхностью вздымалась лишь носовая часть. В ней оставались двое мальчишек, а четверо барахтались рядом, судорожно цепляясь за борта. Все они следили за приближением Тима, оглашая пространство ликующими возгласами. Среди них Тим узнал лопоухого пацаненка, которого заметил на турбазе «Лукоречье» раскачивающимся на качелях, когда тот беседовал с Артуром Бенедиктовым. Можно было не сомневаться в том, что именно Бенедиктов подкинул мальчишке идею покататься по реке на лодке.

— Перебирайтесь по одному! – крикнул Тим, протягивая им руку и при этом холодея от мысли, что понятия не имеет, как поступит, если вдруг коряга, не выдержав веса шестерых, начнет тонуть. В этом случае они все могут погибнуть, включая его самого, – так было в восемьдесят шестом году, когда утонули даже те, кто умел плавать, потому что в панике начали хвататься друг за друга.