Книга Обмен, страница 33 – Джон Гришэм

Джованна проработала в «Скалли» пять лет и имела все шансы стать партнером, хотя в фирме об этом вслух не говорили. Уже после первого года высшее руководство обычно знало, кто из новичков станет пожизненным сотрудником, а кто уйдет через пять лет. Джованна обладала недюжинным умом, упорством и отличным образованием, не говоря уже о приятной внешности, которая, в принципе, ничего не значит, но на деле открывает множество дверей. Ей было тридцать два года, не замужем. Однажды таблоиды связали ее с итальянским плейбоем, который убился, прыгая с парашютом. Этой минуты славы ей хватило. Член известной семьи, в Италии Джованна была легкой мишенью для сплетен, поэтому выбрала более спокойную жизнь за границей и последние пять лет провела в Лондоне.

— Как Лука? – спросил Митч, едва уселся.

Джованна нахмурилась. Здоровье отца ухудшается, прогноз мрачный. Они поговорили о Луке минут пятнадцать и практически его похоронили. Знакомый с ним тридцать лет Самир едва не разрыдался.

Заказали легкие овощные салаты и зеленый чай. Пока ждали еду, Самир достал сложенный лист бумаги и поднял так, чтобы всем стало ясно: ему есть что сказать. Выехать им следует завтра на рассвете, около пяти утра, пока в городе нет пробок. До моста шесть часов езды к югу от Триполи. Если предположить, что они прибудут к полудню, то на стройке проведут три часа максимум – путешествовать после наступления темноты слишком опасно.

— Почему опасно? – уточнил Митч.

— Уже в двух часах езды от города дороги разбитые. К тому же здесь орудуют банды и хватает лихих людей. «Ланнак» сворачивает лагерь у моста – работы почти завершены. Компании не терпится прикрыть лавочку. Минимум два инженера еще на месте и расскажут вам о проекте, об истории стройки, о возникших проблемах и так далее. Лука считает, что вам непременно следует увидеть изменения, диктовавшиеся ливийским правительством по мере того, как проект выходил из-под контроля. У нас много материалов – чертежи, эскизы, фотографии, видео, что угодно, – но нужно оценить стройку целиком. Лука побывал там по меньшей мере три раза. Быстренько поработаем и отправимся обратно в Триполи.

Митч спросил Джованну:

— Просмотрела краткий отчет Луки?

Она уверенно кивнула.

— Да, все четыреста страниц, и я не назвала бы его кратким. Временами Лука бывает весьма многословным, не находишь?

— Без комментариев! Он же твой отец.

Принесли заказ, и Джованна сняла громоздкие солнечные очки. Насколько Митч понял, они были лишь данью моде и ничуть не улучшали зрения. Девушка нарядилась в длинное черное свободное платье, которое едва не волочилось по полу. Ни украшений, ни макияжа – ничего лишнего. Говорила она мало, держалась уверенно и при этом уважительно, в результате чего создавалось впечатление, что итальянка способна отстоять свою точку зрения в любом споре. За едой говорили о Великом мосте Каддафи. Самир развлекал их байками, годами ходившими о проекте – очередной безрассудной затее, которая взбрела в голову полковнику. Однако в печать эти байки никогда не попадали: пресса находилась под жестким контролем.

Лучшая байка, и, вероятно, самая правдивая, гласила: как только мост построят, полковник его взорвет и обвинит в этом американцев. Ливийским инженерам не удалось перенаправить течение ближайшей реки, он их всех уволил и перестал платить компании «Ланнак».