Книга Кислый привкус смерти, страница 90 – Аю Кувагаки

Первым шаг вперед сделал Рэн.

В тот день мы разговаривали даже дольше обычного. Он попросил меня поподробнее рассказать о приготовлении соте из курицы с лимоном. Для меня это был еще один повод похвастаться успехами любимого папы, но, с другой стороны, рецепт фирменного блюда обычно является тайной повара, так что поделиться им в открытую я никак не могла. В итоге я так тщательно подбирала слова, отвечая на вопросы Рэна, что наш разговор в итоге затянулся.

Опомнилась я, когда солнце уже садилось. Кроны деревьев над головами потемнели, отбрасывая такую густую тень, что мы уже почти не могли разглядеть лица друг друга.

Я подумала, что мы сильно засиделись. Надо было возвращаться домой, а то папа мог начать волноваться.

— Пока, – попрощалась я, вставая и направляясь к дому, но Рэн остановил меня.

— Подожди.

— Что такое?

— Хочу кое-что спросить… – Тон его голоса был непривычно серьезным.

Да и в целом Рэн в тот день вел себя как-то странно – был каким-то беспокойным, тревожным. Разговаривая со мной, парень постоянно дергал траву.

Что это с ним? И тут сердце екнуло. В голове пронеслось одно слово – «признание». Вдруг он решил рассказать мне о своих чувствах?

Напряженность мальчика передалась и мне, и я невольно выпрямилась. Я слышала рассказы друзей о подобном опыте, но для меня предстоящее признание было первым. Повернувшись к Рэну, я тихо повторила:

— Что такое?

— Есть кое-что, о чем я давно думаю, – осторожно начал парень.

Я размышляла о том, что он скажет дальше. Может, перед признанием он хочет спросить о моих чувствах? Или для начала спросит, как меня зовут?

Мы много раз разговаривали наедине, но до сих пор не знали имен друг друга. Встречались мы нерегулярно, так что нам даже как-то не представилось случая нормально друг другу представиться.

Имя «Рэн» ему дала я и именно так обращалась к нему в своих мыслях. Его образ напоминал мне любимого айдола^[15], поэтому я решила называть парня тем же именем. Сам он тоже не знал, как меня зовут. Мы могли общаться, не называя друг друга по имени, и поэтому спокойно обходились без них. Да и вдруг спросить было как-то стыдно.

Но признание в любви – дело другое. Мне хотелось знать имя своего первого возлюбленного, а еще мне хотелось, чтобы он, признаваясь в своих чувствах, тоже назвал меня по имени.

Я ждала следующей реплики парня, стараясь успокоить бешено колотившееся сердце.

Он набрал в грудь побольше воздуха и наконец сказал:

— Это насчет твоей сестры.

Я подумала, что ослышалась. Так это его интересую не я?..

— Сестры?

— Я сначала спутал вас и решил, что вас в семье только трое. Но я ошибался. У тебя есть сестра – не знаю только, старшая или младшая.

Я ожидала от него совершенно других слов, поэтому поначалу ничего не могла понять.

— В это время твои родители обычно работают в ресторане, а ты или помогаешь им, или играешь. Но твоя сестра всегда находится в курятнике за домом.

Он говорил, то и дело запинаясь, и его слова достигали моего разума с задержкой. Неужели… неужели…

— Я давно думал о ней. Поэтому…

Так вот зачем он приходил к нашему дому!

— Послушай… – Он приблизил свое лицо к моему. Он так и не спросил, как меня зовут. – А ты не могла бы рассказать, что на самом деле происходит у тебя дома? Я хочу спасти ее.