Книга Сорока и Чайник, страница 96 – Артём Скороходов

— Всё, Тайви, пошли. Давай за мной.

Блондин махнул головой и пошел за сестрой.

— Надо вернуться, где все, — тихо сказал он.

— Вернемся, конечно, вернемся. Пошли.

— Быстрее, ради всего святого! — прошипел Фёдор, держа опушку на прицеле и отходя назад.

* * *

Пару дней всё шло спокойно. Плот медленно, но неумолимо плыл вниз по реке в сторону основного лагеря. Сашко становилось хуже, хотя Фёдор раз в день обрабатывал его раны и менял повязки. Хельга хлопотала вокруг брата, тот был сильно заторможенным, отвечал невпопад и совершенно не рассказывал, где он был и что с ним случилось. Просто молчал, явно не понимая, что от него хотят. Вообще этот Тайвин разительно отличался от того высокомерного выскочки, которым он был несколько дней назад.

Управление плотом легло на Фёдора. Вода была спокойная, Сорока сидел спереди и глядел, как мимо двигалась стена деревьев. Иногда между ветками прыгали мелкие звери, в воздух взлетала яркая птица с длинным хвостом. Ночью, в свете луны, плот помогали толкать золотые змеи. Они кружились вокруг, иногда выпрыгивали из воды и показывали безопасный путь, если спереди было препятствие. Пару раз пришлось с помощью шеста огибать упавшие в воду деревья. А сегодня утром Фёдор отогнал пару заинтересовавшихся плотом аллигаторов. Удар шестом между глаз утолил любопытство пресмыкающихся, и они оставили путешественников в покое.

Бессонная ночь сказывалась, поэтому, оставив за главную Хельгу, Фёдор прилёг в тени ловушки с тренькающим пленником.

— Со-ро-ка, — довольно явственно пробренчала ловушка.

Фёдор закрыл глаза, он очень хотел спать.

— Со-ро-ка. Со-ро-ка. Со-ро-ка, — играло импровизированное пианино.

— «Да ответь ты, — заявил Умник. — Видишь, как надрывается».

— «Не отвечай, мало ли что», — не согласился подозрительно настроенный Змей.

— Со-ро-ка. Со-ро-ка…

— Там просто какие-то осы, целый рой толстых ос. Они просто так жужжат. А мне от усталости кажется, что они говорят со мной, — шепотом произнес Фёдор.

— Там не просто осы, — слабым голосом сказал Сашко, который перекатился поближе. — Там сидит Ли Тая. Она добрая и мудрая.

Фёдор ошарашенно посмотрел на товарища. Глаза того горели легким безумием или даже одержимостью.

— Я говорил с ней, Сорока. Она всё про меня знает. Всё-всё. Знает про каждого. Она говорила про мое детство. Мы все плывем к счастью, осталось недолго. Просто потерпеть немного. Немного потерпеть. Потерпеть.

Сашко ухватил руку Фёдора.

— «Рука кипяток, — сказал Умник. — Сколько у него температура? Бредит. Надо ему какую-нибудь микстуру дать».

— «Врежь ему на всякий, — решил Змей. — Оклемается».

— Давай ее отпустим, Сорока. Ей темно и страшно в ловушке, — продолжал Сашко.

— Стра-шно, — пробренчала ловушка, — от-пус-тить. От-пус-тить, Со-ро-ка.

— «Это всё какой-то бред, — решил Умник. — Ты, наверное, тоже подхватил лихорадку».

— «Отсядь от Сашко подальше, — согласился Змей. — Заразишься еще».

— «Ты совсем идиот? — возмутился Умник. — Если у Фёдора галлюцинации, то он уже заразился».

— Стра-шно, Со-ро-ка, — бренчала ловушка. — От-пус-тить, от-пус-тить, от-пус-тить.

Фёдор попытался закрыть уши, но это не помогало. Голоса так и звучали в его голове.

— «Я не идиот! — возмущался Змей. — Поумнее некоторых тут! Это ты идиот!»