Книга Сорока и Чайник, страница 120 – Артём Скороходов

— Заткнулся, — бросил ему парень. А потом сказал Фёдору и девушке, что стояла за ним: — Отойди, Покрывашкин, чтобы не было эксцессов. Давай милая, поехали. Твой папка тебя потерял. Заедем к дяде Зюйду, а потом сразу домой.

Девчонка развернулась и рванула прочь.

— Быстро за ней! Что встали⁈ — рыкнул парень своим подельникам. Те с топотом понеслись за девушкой.

— Значит, отец ее ищет? — стараясь говорить как можно спокойнее, спросил Фёдор, отойдя к стене здания и давая бандитам дорогу.

— Так Зюйд говорит, — парень оперся на паромобиль, достал портсигар и закурил. Фёдор обратил внимание, что парень опустил «Большой» в имени Зюйда. Именно «Большим Зюйдом» называли бывшего «Младшего» остальные бандиты. А этот, выходит, бунтарь из каких-то мажоров или просто идиот? Парень явно расслабился, в конечном результате этой погони он не сомневался. Потом он затянулся сигаретой и протянул портсигар Фёдору. — Будешь?

— Бросил, — соврал Сорока и задумался.

— А я буду, — сказал Животное, протянул манипулятор, взял сигаретку, закинул себе в пасть и зачавкал.

Парень пригляделся к трем фигурам в белых балахонах, которые так и лежали на мостовой.

— А чего случилось-то, я не понял. Кто этих ушатал? И как тут девчонка оказалась?

— Что? А. Эти. Сами друг дружку. Я вышел из дома, а тут такое. А тут вы сразу подъехали.

— Так и было, — сказал Животное. Один из големов тоже согласно покивал.

— Да? Странно.

— Ладно. Бывайте, — сказал Фёдор и собрался идти дальше. — Дел много.

— Вали-вали, — ответил парень. — А ты вроде нормальный мужик. А то говорят у нас, что лучше с тобой не связываться.

— Кто говорит?

— Люди говорят. А еще говорят, что ты Зюйду не нравишься. И поэтому тебе заказы на перевозку давать перестали.

Фёдор хмыкнул, обошел паромобиль и двинулся вверх по улице. Сзади визжала девчонка, которой пытались прикрыть рот и тащили к паромобилю.

— Анафема, прекрати. Нам сказали тебе целиком доставить. Будешь вопить, придется тебе лицо парой синяков подправить.

— Черт! Она меня укусила!

— Ну, врежь ей. Только не сильно и не по лицу, не попорть курочку.

Фёдор остановился, развернулся и пошел назад. Животное издал тяжелый вздох и пошел за ним. Големы же затоптали на месте, не понимая, куда идти.

— Ты сказал «анафема»? — спросил Фёдор.

— Ага, — гоготнул парень. — Вот ведь тупое имечко. Анафема Германовна Сорока. Хрен выговоришь. Чего в голове у этих аристо, вообще не понять. А еще говорят, что он родственник Капитана Сороки. Того самого, ага. Хотя брешут, наверное. Просто однофамильцы. Да и хрен с ним. Давайте, грузите ее уже! Не хотелось бы полицейским взятки платить, поэтому быстрее валим!

— Анафема… Отпустите ее.

— Что? Чего говоришь? — не расслышал бандит.

— Отпустили ее. Она идёт со мной.

Бандиты на пару секунд замерли, пытаясь понять то, что они сейчас услышали. Даже девчонка с кляпом во рту перестала вырываться.

— Оп-па на! — отступая на шаг, сказал один из них и достал револьвер. — У нас тут рыцарь!

— Дедуля, отошел на несколько шагов и лег на землю, иначе в тебе появятся лишние отверстия.

В груди у Фёдора собрался комок, дыхание участилось, там, внутри, зашевелился ОН.

— Отпустили девочку и не делайте резких движений, для вашего же благополучия. А лучше притворитесь мертвыми. И это не угроза, дебилы. Быстрее.