Книга Скрежет в костях Заблудья, страница 65 – Arden

Он похлопал себя по животу.

— В каждом доме есть «пост». В школе, у Михалыча в лавке, даже в землянке у Игната (тут Игнат поперхнулся водой). Они приходят ночью, усами шевелят — и я знаю всё. Кто с кем спал, кто что украл, кто с ума сходить начал.

— Так ты знал про карту от тараканов? — уточнил Игнат, с подозрением глядя на свою бороду.

— Конечно. Рыжие донесли, что Тамара карту в тубус спрятала и на шкаф закинула. Они там, в тубусе, гнездо хотели свить, но пластик скользкий, неудобно.

Алена посмотрела на тубус в своих руках. Ей захотелось его бросить.

— Там… внутри… никого нет?

— Нету, — успокоил Чур. — Вытряхнули они всё. Но инфа — стопроцентная.

— Ну, спасибо твоему «Рыжему братству», — буркнул Игнат. — Полезные твари, оказывается. А я их дихлофосом…

— Вот поэтому они к тебе в землянку только самых худых и злых посылают, — заметил Чур. — Мстят.

Игнат отмахнулся и взял тубус.

— Ладно. Хватит зоологии. Давайте смотреть, что мы добыли.

Он открутил крышку тубуса. Пластик скрипнул.

Внутри лежал свернутый в рулон лист плотной, синей бумаги.

Игнат осторожно вытряхнул его на колени. Развернул.

Запахло старой чертежной калькой и аммиаком.

Это была не просто карта. Это была схема мелиорации всего района, датированная 1988 годом.

«План осушения болот. Участок №4».

Синие линии каналов, красные отметки шлюзов, черные точки высот.

Игнат провел пальцем по карте. Его лицо посерьезнело.

— Вот Заблудье… Вот Школа… Вот Лес.

Он повел пальцем на север.

— Смотрите. Вот Поляна Трех Сестер. А вот Скит.

Действительно, в глубине леса был обозначен маленький крестик с пометкой «разв. часовни».

— А дальше… — Игнат нахмурился. — Смотрите, что за Скитом.

За крестиком карта заканчивалась странно. Линии обрывались. Вместо четких контуров была нарисована штриховка и стоял штамп: «ТОПЬ. РАБОТЫ НЕ ВЕСТИСЬ. ОПАСНО».

— Топь Начала, — прошептал Чур, заглядывая в карту. — Даже мелиораторы туда не сунулись.

— Зато они нарисовали подходы, — Игнат ткнул в тонкую пунктирную линию. — Видите? Это старая гать. Монашья тропа. Она идет от Скита прямо в центр Топи.

Он поднял глаза на Алену.

— Она под водой сейчас, скорее всего. Но основание каменное. Если идти строго по координатам, можно проскочить и не утонуть.

— Значит, план есть, — сказала Алена. — Идем к Скиту, ищем начало гати.

— Есть одно «но», — Игнат постучал пальцем по карте, в месте, где была нарисована жирная красная линия, пересекающая лес поперек.

— Что это?

— Старая узкоколейка, — сказал Игнат. — По ней торф возили. Рельсы давно сняли, но насыпь осталась. Это граница, Алена.

— Граница чего?

— Граница владений Хозяина. До насыпи — это еще «предместье». Там Тихие бродят, волки, лешие мелкие. А вот за насыпью… — он понизил голос. — Там начинается настоящий Мрак. Там законы физики гнутся. И там…

Он не договорил.

Снаружи, со стороны деревни, донесся звук.

Тяжелый, ритмичный гул.

Бум. Бум. Бум.

Будто кто-то бил в огромный барабан. Или шагал великан.

Чур встрепенулся, его уши встали торчком.

— Началось, — пискнул он.

— Что началось? — Алена схватилась за Книгу.

— Михалыч, — сказал Чур, и в его голосе прозвучал неподдельный страх. — Он Должников поднял. Это сбор. Он идет по следу.

Игнат быстро свернул карту и сунул её обратно в тубус.