Книга Шариковы дети, страница 110 – Татьяна Нильсен

— А может и то и другое?

— Ладно, нечего гадать, поехали, посмотрим на нелегальный разрез. По дороге заглянем к Светлакову. Он раскрыл тайную связь каждого с мадам фон Шпигель, может и сейчас наведёт на след. Позвони, выясни, где он в данный момент.

Амиров сидел в машине и ждал, когда коллега нападёт на след заведующего ГОРОНО. Пантелеев сел на водительское место, завёл мотор, но не двинулся с места.

— В ГОРОНО секретарша сказала, что шеф сегодня не приехал на службу. Она два раза звонила, но Максим Олегович на связь не выходил. Он должен присутствовать в школе № 24 в составе комиссии по капитальному ремонту, но и там он не появился.

— Поехали к нему домой. Может запил с горя.

— Интересно, мадам уже отправила в Департамент образования расширенную характеристику с фотоматериалами на господина Светлакова?

Константин выехал со стоянки.

— Да, мужик живёт в ожидании неминуемой казни. А ожидание, как мы знаем, страшнее самой казни.

Подъехав к высокому забору, мужчины вышли из машины и огляделись: ворота, ведущие к дому, оказались приоткрытой и они беспрепятственно вошли во двор.

— Светлаков держит собак? – Константин опасливо озирался вокруг.

— Опасаешься за штаны? – усмехнулся следователь. – Не дрейфь, четвероногих учитель не держит, во всяком случае, в последний раз ни лая, ни мяуканья не слышал.

Они поднялись на крыльцо, и Пантелеев нажал на кнопку звонка.

— Никого нет, – констатировал полицейский.

— Снова к молочнице ушёл или пьяный валяется.

Мужчины огляделись. Дом показался мрачным и безжизненным. Амиров нажал на ручку и неожиданно дверь, еле слышным скрипом, поддалась. Ни слова е говоря, они вошли в холл. Кругом царил образцовый порядок. Дорогая мебель в стиле ампир сияла позолотой, с высокого потолка свисла ажурная, хрустальна люстра, блеск отражался в зеркалах, винно-красные портьеры и такого же оттенка толстый ковёр на полу подчёркивали помпезность и высокопоставленность. Амиров подумал про себя, что в первый визит совершенно не обратил внимания на впечатляющий интерьер. Учителю ремонт влетел в копеечку, и вил он своё императорское гнездовище с любовью. Тишину нарушали лишь элегантные напольные часы с бронзовым декором, которые тикали монотонно и равнодушно.

— Есть кто дома? – громко спросил Фарид Махмудович, но голос затерялся в тяжёлых шторах, потух, и снова опустилась тикающая тишина. – Иди в столовую, а я гляну на втором этаже, – кинул он Пантелееву и быстро поднялся по лестнице. Не прошло двух минут, они снова встретились в холле.

— Никого, – развёл руками Константин. – На кухне целая батарея пустых бутылок из-под виски и гора грязной посуды. Пили в одном месте, чтобы ненароком не запачкать такую красоту.

— Почему пили? Он был не один?

— Как минимум двое. Раковина забита посудой, может, не мыли несколько дней.

— Я гляну в кабинете, а ты спустись в подвал. Если никого не найдём, то заедем позже ещё раз.

Амиров не торопясь пересёк гостиную. Ноги утопали в густом ворсе ковра, и он снова подумал, о том, что не обратил на такую роскошь внимания в первый визит. Следователь распахнул дверь и сразу повернулся, чтобы позвать напарника:

— Константин, иди сюда.

Пантелеев подошёл и замер рядом с Фаридом. На крюке для люстры, как использованная марионетка, повисло тело Светлакова. Пантелеев дёрнулся: