Книга Кладбищенский цветок, страница 99 – Татьяна Нильсен

Павел прокашлялся и взял трубку:

— Краснопёров, слушаю.

— Павел Анатольевич доброе утро, – следователь услышал голос Ивушкина и вспомнил, что тот дежурил этой ночью по Управлению. – Зря будить бы не стал, но считаю, что вы должны приехать.

— Сам не справишься?

— Справлюсь, но тут такое дело… – Евгений замялся.

— Да не тяни, Евгений Ильич! Снова маньяк?

— Как сказать? – неопределенно ответил коллега. – И, да и нет. В общем, увидите всё на месте.

— Куда ехать? – Краснопёров сел на постели и ногами нащупал тапки.

— Лесопарковая зона за частным сектором в районе железнодорожного вокзала.

— Понял.

По пустынным улицам, до места следователь добрался быстро. Ещё издалека заметил освящённый пятак среди леса и темноты, в котором копошились люди. Ивушкин, увидев его приближение, махнул рукой.

— Это здесь, пойдём.

Как-то самой собой повелось, что Ивушкин один на один, обращался к старшему коллеге на ты, а при свидетелях быстро возводил субординационный забор. Павел кивнул экспертам, которые шарили в кустах с фонарями.

— Минут через двадцать начнёт светать, тогда быстрее дело пойдёт. Кто тут у нас? – следователь приблизился к месту преступления. Он не удивился, увидев белое платье, но взгляд остановился на коротком ёжике волос и крупном теле. – Не понял.

— Вот и мы сначала не поняли, – к нему подошёл Василий Зуев. – Это мужик.

— Этот параноик переключился на мужиков? – Павел ни к кому не обращался, но Зуев пожал плечами, приняв реплику на свой счёт. – Личность установили?

— Пока нет, – Ивушкин стоя составлял протокол осмотра места преступления.

— Кто его обнаружил? – Краснопёров дождался, когда эксперты закончат работу и подошёл ближе к телу.

— Парень возвращался навеселе от друзей по короткой тропинке, шёл с фонариком, вот и высветил, – Евгений отвлёкся от записей. – Я его допросил и пока задержал, сидит в машине, но очень просится домой, ему на смену через час.

— Так отпусти его, пусть завтра после смены сразу в Управление направляется. Вася, есть перчатки?

Зуев протянул упаковку.

— Что ты хочешь найти? Мы уже всё осмотрели, надо тело в морг везти, после вскрытия прояснится остальное.

Павел и сам не знал, что хотел увидеть, но что-то в этой личности показалось знакомым. Он натянул перчатки, подошёл вплотную к трупу и поднял лицо за подбородок. Неожиданно в памяти всплыла картина, которую он видел из окна своего кабинета несколько дней тому назад. После допроса Ирина Смирнова вышла из Управления и устроилась на скамейке в парке, она ждала своего мужа, который присоединился к ней через несколько минут. Они о чём-то оживлённо беседовали, а вскоре скрылись за деревьями, направляясь к парковке.

— Я знаю его. Это Богословский Эдуард Семёнович.

После того, как эксперты увезли труп, Краснопёров обшарил каждый миллиметр в поисках улик, но ничего не нашёл, ещё раз убеждаясь, что маньяк хитёр, умён и предусмотрителен. Он даже не сомневался, что серия убийств дело рук одно и того же человека. Тот факт, что последняя жертва мужчина не смущал – и в этом случае найдётся связь с кладбищенским цветком, хотя бы та, что Богословский был братом Виолетты. Связующая нить слабая, натянутая, и тем не менее. Однозначно, убийства брата и сестры с разницей в несколько дней каким-то образом переплетены между собой. Часы показывали половину седьмого утра, а солнце жарило во всю силу, испаряя предрассветную росу. Павел отправил Ивушкина к вокзалу, в поисках свидетелей и для просмотра камер видео наблюдения. Надежды мало, но чем чёрт не шутит. Он снял перчатки, которые порвались, зацепившись тонкой резиной за сухие ветки, и промокли от росы. Вокруг стояла тишина, шелестела листва, птицы заливались в кронах деревьев на разные лады. И только примятая трава напоминала о трагедии, которая разыгралась ночью. Странное равнодушие природы, она продолжает неспешный круговорот от рождения, цветения, увядания, смерти и рождения новой жизни.