Книга Кладбищенский цветок, страница 100 – Татьяна Нильсен

Краснопёров приложил трубку к уху и направился к автомобилю.

— Богдан доброе утро. Давай, раскачивайся скорее, позавтракаем потом. Жду тебя возле особняка Богословских. На месте всё объясню.

Тяжёлую, обитую кованым плетением дверь долго никто не открывал, коллеги даже засомневались, что в доме кто-то есть. Охранник на воротах сменился утром и точно не ответил, кто из обитателей дома. Краснопёров пока не стал обнародовать тот факт, что хозяин точно ночевал в другом месте. Наконец дверь открыла горничная. Вероятно, услышав звонки, впопыхах приводила себя в порядок, пуговки на блузке девушка застегнула не правильно, от чего одна полочка оказалась ниже другой на пуговичный пролёт. Она продолжала поправлять волосы и вопросительно смотрела на ранних посетителей.

— Доброе утро, – Краснопёров показал корочки. – Мы хотели бы поговорить с хозяйкой.

— Я думаю, она ещё спит, – девушка замерла в нерешительности.

— Разбудите. Это очень важно, – полицейские бесцеремонно шагнули в холл, легко подталкивая горничную, которая со сна ещё толком ничего не соображала.

В огромном доме стояла тишина, только напольные часы монотонно отбивали время. Мужчины бесцеремонно расположились в креслах и приготовились к долгому ожиданию.

— Я так надеялся, что нам предложат кофе, – Богдан поднялся и подошёл к стене, рассматривая картины.

— Им сейчас будет не до кофе, чая и пряников, – Краснопёров тоже поднялся, услышав звук шагов.

Ирина Смирнова успела привести себя в порядок, спустилась к визитёрам не в халате и домашних тапочках, а в лёгком ситцевом платье и босоножках на каблуках. Не хватало только украшений на запястьях и макияжа. Выглядела Ирина спокойно и лишь в глазах металась тревога.

— Чем могу быть полезной в столь ранний час? Если вы снова пришли расспросить про Виолетту, то я всё сказала, и можно было выбрать другое время.

— Мы по поводу вашего мужа, – Павел, не отрываясь, смотрел на Смирнову.

— С ним что-то произошло?

— Он мёртв. Тело обнаружили сегодня ночью.

— Ах!

Полицейские повернулись на голос, в дверях, ведущих в столовую, остановилась горничная. Она прижимала ладони к щекам и вращала глазами. Смирнова качнулась, и Павел быстро повернулся и поддержал женщину за локоть.

— Принесите воды, – крикнул он горничной, которая заметалась, не зная в какую сторону бежать в своей дурацкой, неровной кофточке.

Он усадил Ирину на диван, тут же подскочила девушка со стаканом, из которого выплёскивалась вода. Хозяйка дома взяла себя в руки достаточно быстро. Смирнова тяжело выдохнула, залпом опустошила стакан, прикрыла ладонью глаза, но через пару секунд взглянула на Краснопёрова сухими глазами.

— Как это произошло?

Павел не стал вдаваться в подробности, лишь сообщил:

— Его убили таким же образом, как и его сестру.

— Задушили?

— Внешне выглядело именно так, но пока точные причины не известны. Всё станет ясно после вскрытия.

— Вы могли бы оставить меня одну? Мне надо немного времени. Я приеду в Управление буквально через два часа.

— Хорошо, – Краснопёров поднялся. – Только одна просьба, мы можем осмотреть кабинет вашего мужа?

— Да, конечно, – Ирина махнула рукой, призывая горничную. – Покажи господам, что они попросят.

Смирнова тяжело поднялась и скрылась в глубине дворца.

Павел махнул Зиновьеву, который так и стоял возле картин. Вместе они тщательно осмотрели кабинет. Дизайн, в отличие от всего дома, не отличался рыцарской помпезностью, декорации кабинета, скорее навевали рыцарский аскетизм. Хозяин предпочитал работать в обстановке, когда ничего вокруг не отвлекало. Старинный скрипучий письменный стол красного дерева, отполированный реставраторами, громоздился по центру, рядом уткнулось кожаное кресло, стеллажи с книгами располагались на одной из стен, на другой пара гравюр.