Книга Стадное одиночество, страница 58 – Татьяна Нильсен

— Я не думал в эту сторону.

— Хотя, если армейские были бы замешаны в этом, то дело ушло бы в другие структуры, – Стяжкин красноречиво посмотрел на потолок. – Хотя можно сочинять сколько угодно, – расследованием занимаемся мы, значит, Россманн имеет отношение не к политике, а лишь к деньгам.

— А ты версиями не разбрасывайся, любая может выстрелить. Вон у блогерши – и тебе ревность спустя тридцать четыре года, и любовь к русским женщинам, и поставки для вооружённых сил, и шпионаж! А у нас, по сути, нет ни одной реальной, только деньги.

— Вот это предположение и есть самое верное. Мужику за шестьдесят, кому он нужен, чтобы ревновать? Я не верю в утверждение – любви все возрасты покорны. И я ещё не ездил в отель «Сельское подворье», – Стяжкин повинно склонил голову.

— За тебя уже всё сделали! – грубо осадил коллегу Веретенников и тут же схватил трубку зазвонившего телефона. – Да, слушаю! – через несколько минут Вячеслав отключился и подскочил со стула. – Руки нашлись! Поехали в Подольск! По дороге расскажу подробности!

Они уже больше тридцати минут стояли в пробке. За время простоя коллеги поделились друг с другом соображениями о том, что бытие на этой земле сегодня лишилось всякого смысла, если кто то считает возможным вот так взять и отрубить руки, изувечить лицо и лишить жизни живого человека. Разве деньги этого мира стоят того? Разве жизнь человека не самое ценное, что может быть вообще в понимании и восприятии мира? Помолчали. Очередь из машин медленно начала двигаться.

— Наверное, где то авария, – Веретенников вытянул шею, пытаясь рассмотреть, что происходит впереди, но увидел лишь белую спину рефрижератора, перевозившего мороженую рыбу. – Интересно, как руки попали в Подольск? Дал о себе знать эксперт криминалист из следственного комитета. Он пробил по базе происшествия, связанные с расчленением, наткнулся на наш труп, вот и позвонил. Подробности у него узнаем.

— Не настраивайся на лёгкое решение, может это вовсе не наши руки! – хмыкнул Сергей. – В смысле, не конечности покойника из «Белой слободы».

— Уверен, что это именно то, что мы ищем. Не думаешь же ты, что где то скитается мясник и рубит руки направо и налево!

Веретенников отмахнулся от коллеги и задумался. Его мысли занимала Аделина Пирогова. Он оказался застигнутым врасплох приглашением в кино. По его представлениям именно от мужчины должна исходить инициатива, а тут вдруг такая смена ролей. Да и вообще, Аделина относилась к тому типажу девушек, на которых он не обращал внимания. Он предпочитал высоких блондинок, а Пирогова – брюнетка роста чуть выше среднего. Ему нравились покладистые и яркие внешне, а блогерша пёрла напролом и почти не пользовалась косметикой. И всё же Вячеслав находил в ней какую то зацепку, словно репей, прицепившийся к душе, – вроде и оторвать хочется, но не получается.

«Нет! Она младше лет на десять, а я мужик, умудрённый опытом! – вздыхал про себя Слава. – Пирогова, поди, и пироги печь ещё не научилась! – каламбурил про себя Веретенников. – Вся какая то, как пацан. Надо встретиться с ней в неформальной обстановке, во-первых, наказать, чтобы она не лезла в расследование, а во-вторых, объяснить то, что в кино то мы сходить можем, но не больше того.»

Так за размышлениями Веретенников не заметил, как рассосалась пробка, и через час машина въехала во двор многоэтажного старинного здания следственного комитета города Подольска. Дежурный, глянув в документы, указал рукой вглубь коридора.