Книга Побеждая смерть. Livor Mortis, страница 52 – Рид Солгрет

— Нет, мне не тяжело. – Моррис положил ключ от дома Эдварда в письменный стол, туда же, где до этого лежал его ключ. – Если ты настаиваешь, пусть будет так. Пусть будет так.

Апрель 1821 г.

Оксфорд

Несмотря на то что был еще только апрель, солнце припекало по-летнему, заставляя студентов университета искать тени под уже достаточно пышной листвой деревьев. Девушки в струящихся льняных и хлопковых платьях небольшими компаниями прогуливались по аллеям университетской территории, что-то весело обсуждая и обмахиваясь легкими веерами, украшенными кружевом, шелком и замысловатыми узорами. Молодые люди тоже рассредоточились перед зданием университета в поисках прохлады и спасения от испепеляющих лучей. Иногда мимо них проходили пожилые преподаватели, нередко увлеченные ожесточенными спорами друг с другом.

Лекции, на которых могли выступить старшекурсники Оксфорда, пользовались большой популярностью, как среди самих студентов, так и среди преподавателей и представителей научных сообществ всей страны. Произвести фурор на таком мероприятии означало привлечь к себе внимание на самом высоком академическом уровне. На первой лекции с докладом выступал Дэннис Эшберри, который не произвел научной революции, но тем не менее был признан преподавательским составом университета достойным внимания. После небольшого перерыва университет приглашал послушать работу Эдварда Сиэла, поэтому большинство слушателей решило не расходиться.

Моррису было скучно. Он стоял, прислонившись плечом к огромному явору, лениво разглядывая прогуливающихся однокурсников и думая о том, что если бы Эдвард не подался в науку, то они могли бы уже давно со спокойной совестью уйти с перегретого солнцем двора в студенческое общежитие. От знойной духоты Лиама клонило в сон, отчего иногда он зевал.

Издалека Моррис увидел Ребекку Филлип в компании Рут Лигейл и остальных девушек и недовольно поморщил нос. Сейчас подобраться к Рут, не привлекая к себе пристального внимания, было невозможно. Сиэла тоже нигде не было видно. Скорее всего, он уже пришел в пустую аудиторию, чтобы приготовить свои конспекты к предстоящей лекции. Лиам потянулся и обнаружил, что весь левый рукав его белой рубашки оказался в серой древесной коре.

— Моррис, вот ты где!

Пока Лиам сосредоточенно обтряхивался, он не заметил, как к нему подошел Эшберри.

— Да… Пытаюсь найти укрытие от этого шума и жары. – Молодой человек кое-как привел себя в порядок, избавившись от мелких древесных частичек, и взглянул на приятеля: – Видел где-нибудь Эдварда?

— Да, он с преподавателями обсуждает там что-то. Кажется, они разошлись во мнениях о качестве воздействия гальванизма на организм человека, если я правильно их понял. Я, кстати, от профессора Берга слышал, что сфера, которой сейчас Сиэл занимается, очень перспективная, а его теории и идеи смогут серьезным образом повлиять на развитие патологии.

— Понятно… – вяло отозвался Моррис.

— Эдвард может стать звездой Оксфорда, войти в его историю, а там, может, и всей страны. Как думаешь?

— Я? – удивился Лиам. – Что ж, похоже, все так считают. Нет поводов сомневаться в этом. Он этого заслуживает.

— Ты же ему не завидуешь? – Дэннис лукаво уставился на Морриса.

— Что за глупости! – отмахнулся от него Лиам. – Мой удел – это философия. На крайний случай – карточные игры. Я даже не помышлял никогда о карьере ученого, как бы мне отец с этим ни надоедал. Это же так скучно.