Книга Кровавый навет, страница 231 – Сандра Аса

Неизвестно, что это было – гордость от того, что он убедил Бернардо в невиновности Кастро, горечь из-за того, что, несмотря на это, он не смог убедить адвоката взяться за их защиту, радость от удачной уловки, позволившей скрыть от других содержание их беседы и правду о нем самом, или же участливый взгляд адвоката вкупе с великодушием, вынудившим его не только отказаться от денег Алонсо, но и подарить ему свое драгоценное время… Одно из этих обстоятельств, или несколько, или все сразу указали Алонсо путь, начертанный ему судьбой, и заронили в его душу семя уверенности, которая определяет будущее. Спрятав Суму Надежды, он впился взглядом в Бернардо:

— Истина достойна адвокатов, в чью грудь вложено горячее сердце, а не комок грязи. Ей нужны гладиаторы, готовые умереть за нее, а не стервятники, выдергивающие из нее монеты. Знаете что, сеньор? Я обожаю рыцарские романы, всегда мечтал уподобиться странствующим рыцарям и защищать добро от нападок зла, но не знал, как это сделать. Сегодня адвокат с комком грязи в груди преподал мне урок и указал путь: я стану адвокатом с горячим сердцем. Буду изучать законы и посвящу себя служению истине, в каком бы обличье она не явилась, в дорогих шелках или в жалком рубище. Я не стану цепляться за гонорары и ни за что не позволю отнимать свободу, достоинство или жизнь у безвинного человека. Истина будет вам благодарна, лиценциат, потому что на смену адвокату, который от нее отрекся, придет другой, который сделает ее своим знаменем. И ваш покорный слуга также благодарен вам, потому что, глядя на законника, лишенного призвания, я только что его обрел. Несмотря ни на что, я не забуду, что вы потратили на меня время и оказали мне услугу, ответив отказом. Прощайте.

Готовый разрыдаться, Алонсо отправился восвояси, а адвокат с горячим сердцем, все еще обитавший в Бернардо, проклинал адвоката с комком грязи в груди, который вытеснил его навсегда.

С тех пор как в семействе Кастро разразилась трагедия, дон Мартин не находил себе места. Хотя он предпочел не рассказывать об этом Алонсо в ту ночь, когда обнаружил его спящим в своей конюшне, его одолевали мрачные предчувствия, и он горячо молился о том, чтобы они не сбылись.

Появление мальчика очень его обрадовало. Алонсо в безопасности, ему хватает мужества бороться с невзгодами, – это вселяло надежду. Но облегчение было мимолетным, как и сама встреча: едва они расстались и Алонсо покинул дом, беспокойство вернулось. Образ юноши под холодным зимним небом, без еды и возможности ее раздобыть, приносил дону Мартину муки. Вдобавок он чувствовал за собой вину в том, что проявил слабость, не уговорил мальчика принять помощь, и это тяжелым грузом лежало на его совести.

Только один человек способен был отвлечь его от терзаний: Мигель, таинственный юноша с неизменной папкой в руках, заполненной листами бумаги. О Мигеле он не знал ничего, кроме имени: мальчик появился в школе в конце января и вручил деньги – плату за два следующих года.

Естественные вопросы о фамилии, семье, месте жительства, происхождении натыкались на непрошибаемую стену молчания, как и попытка завязать любой другой разговор, не касавшийся насущных вопросов. По-видимому, мальчик не владел искусством вести беседу и не говорил ни о себе, ни о ком-либо или чем-либо ином.