Книга Бухта Севастополя, страница 26 – Александр Тамоников

Гена это отлично знал. Но ему повезло, потому что доктора он увидел сразу, одним из первых, когда тот только вышел из машины.

Высокий, худой, выправка военная, но у кого из тех, кто сейчас находился на территории госпиталя, ее не было. Ходит чуть подволакивая ногу, хромота почти незаметная, но человек, который умеет составлять словесные портреты, ее увидит. Южанин, поэтому уже полностью седой, в этом регионе визуальная молодость и яркая, горячая красота сохраняются недолго.

Медсестры, словно стая кумушек, сбились у входа и уже успели обсудить, что, судя по тому, что утром говорилось в операционной, новый главврач не женат. Раньше служил в Севастополе, потом, кажется, уехал куда-то еще южнее, много путешествовал, ранение, контузия, в общем, обычный набор советского военного врача. Но было в нем что-то такое, что Рябову даже не бросилось в глаза, скорее он учуял это на уровне подсознания, интуиции. Как волки чуют друг друга на огромном расстоянии.

Новичок, похоже, либо раньше работал в спецструктурах, либо все еще работает. Рябов решил приложить все усилия, чтобы «записаться» к новому доктору на прием. Следом за врачом прибыла еще одна машина. В ней сидели юнга и Богданов. Вместе они буквально тащили человека без сознания. На всякий случай хорошо запомнив его лицо, Геннадий решил позже приглядеться к раненому и тут же поздравил себя с этим удачным решением. Потому что кто-то из экипажа линкора, узнав матроса, ахнул: «А вот и Проценко!»

Тем временем Богданов, передав свидетеля в госпиталь, заметил, что Рябов смотрит на него, и дал сигнал не спускать глаз с раненого. Сам он готовился к встрече еще с одним членом группы. Юра Павленко должен был как раз работать по итальянской делегации. По правилам вместе с такими группами всегда должен находиться кто-то из КГБ. В этот раз именно роль Павленко была определена сразу — работает с группой, путается у них под ногами, мешает, если понимает, что это нужно, а самое главное — не спускает с них глаз ни днем ни ночью. Очень здорово было то, что Юра неплохо владел итальянским языком.

Планировалось, что они прибудут позже, но Кузнецов еще на служебной квартире доложил, что делегация уже прибыла несколько часов назад и оперативник с ними. Выйти на связь в положенное время Павленко не смог, но, увидев Богданова в оперативном штабе, куда тот сразу же вернулся, подошел поздороваться. По легенде, которую разрабатывали в спешке, они были знакомы.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что оперативники заняли общий стол, пока обе делегации комиссии — советская и итальянская — знакомились друг с другом. Итальянцев было пять, хотя планировалось десять человек. И с ними единственная девушка — переводчик. Павленко было не узнать. Богданову всегда нравилось с ним работать в том числе и потому, что, где бы ни оказывался Юра, он каким-то образом умудрялся создать вокруг себя атмосферу спокойствия, даже в самых тяжелых ситуациях. Когда было не продохнуть, именно Павленко умел быстро наладить быт, найти неплохое место для базы, собрать все необходимое для работы, а если в группе начинались разброд и шатания, то достаточно было посмотреть на спокойного, расслабленного оперативника, как тут же хотелось привести в порядок мысли, собраться и выдохнуть.