Онлайн книга «Его Величество бомж»
|
С Костиком вариант с тазиком не пройдёт. Если к утру очухается, придётся всё-таки истопить и отправить его мыться, раны прикроем… * * * На следующий день мой многострадальный герцог проснулся огурцом. Я ещё в постели, но сквозь истончающуюся предутреннюю дрёму слышу шаги, хлопнувшую дверь и поднимаюсь. Надо пойти посмотреть пациента. Он возвращается через некоторое время со двора, походы в туалет никто не отменял. — Как ты, Берти? — подхожу поближе, вглядываюсь, вроде ничего. Привстав на мыски, дотягиваюсь до лба, — в норме. Он тут же прихватывает мою ладонь своей могучей лапой и привычно приникает губами, — Ты снова спасла меня, Наидобрейшая Дадиан! — Да я то причём! Подумаешь антибиотик и жаропонижающее, не велико волшебство, — смеюсь, — сейчас попу подставишь снова, от уколов пока не отказываемся. — Не понимаю, о чём ты, но твои чудесные зелья вернули мне жизнь, а ещё скромничаешь, когда называю Всемогущей! — вот и поспорь тут! Опять, видите ли, чудо сотворила! Что ж, отпираться нет смысла, — Ты как насчёт, помыться? — Очень хочу! Сейчас был бы дома, в пенную купель кинулся и провалялся там целый час! — размечтался. — Купели у меня для тебя нет, да и раны мочить нельзя, а вот баньку устроить можно. — Баньку? — переспрашивает, похоже, парень не в курсе. И теперь уж не удивляюсь, какая баня, когда наш герцог Оберонский в купелях привык нежиться. Ну, ничего страшного, в душе больничном, как миленький мылся, значит, и тут помоется, я ему помогу… После завтрака затеваю баню. Нетоптаного снега у меня за двором и по огороду в высоту метра два не меньше, так что таскаться с вёдрами на колонку, смысла не вижу. Котёл греется, а я только снежные кубики подбрасываю, да горячую воду отливаю, чем больше, тем лучше, моему богатырю много надо. Рвался помогать, но я скоренько его осадила, — Швы разойдутся, по новой шить будем. Хочешь? — Нет, — сразу успокаивается. А я думаю, надо у него про красоту на спине выспросить, не забыть бы… Когда банька протоплена, и горячей воды уже вдоволь, забираю купальщика с собой. Париться не очень люблю, а ему и вообще, сейчас не положено, так что смысла устраивать жаркий ад не вижу, нам и ночью его хватило, но вот берёзовым веничком пройтись не помешает. А то, что герои должны быть чистыми, это точно! Костик, осмотревшись в предбаннике и заглянув дальше, спокойно раздевается. Причём совсем! А чего, таиться-то? Я его во всей красе уже видела, помниться… Да ещё и богиней потом оказалась, а какие тайны у простых смертных могут быть от богов? Но вот у богов тайны, всё-таки кое-какие есть, я не Катька — Чичолина, так что жертвую майкой с трусами, вымокнут и, фиг с ними. Повязки у пациента на руке и ноге предусмотрительно обмотаны пищевой плёнкой. Отправляемся в заплыв. — Как? — интересный вопрос, самой бы знать, когда выясняется, что высота потолка в парной ниже Костиного роста. Нам с мамой он казался вполне высоким, а на таких банщиков, как герцог Оберонский никто не рассчитывал. — Ложись на лавку, пока лоб не расшиб, — командую, — а то никакого здоровья не хватит, травмы твои лечить. С богиней никто спорить не собирается, укладывается спиной вверх. Ноги конечно свисают. Окатываю его горячей водичкой из тазика и начинаю усердно мылить крепкой мочалкой, избегая художеств. Только покряхтывает от удовольствия. Отдраив с головы до пят, беру подварившийся разбухший веник и предупреждаю, |