Книга Миля над землей, страница 78 – Лиз Томфорд

Даже при выключенном свете я вижу, что ее соски – прелестные маленькие вершинки, умоляющие о ласке, поэтому я беру их в рот, срывая с губ Стиви тихий стон.

Честно говоря, мне нравится все, что слетает с уст этой девушки. Будь то нежный стон удовольствия, мое имя, когда она умоляет, или одна из ее остроумных колкостей, которую она не может не бросить мне в ответ. Мне нравится знать, что все, что слетает с ее губ, слетает благодаря мне.

Мое дыхание овевает ее кожу, я спускаюсь все ниже и ниже, мои губы касаются нежной ткани ее трусиков. Поглаживая себя одной рукой, я другой подцепляю кружевной поясок, слегка оттягивая его вниз, готовый зарыться лицом между ее ног.

Но Стиви кладет свою руку на мою, останавливая меня.

— Тебе не нужно этого делать.

— Я хочу.

— Нет, не хочешь, – смеется она.

— Хочу, – хмурюсь я.

Она смотрит куда угодно, только не на меня.

— Ну, мне… Мне это не очень нравится.

Я не отрываю от нее взгляда, желая, чтобы она посмотрела мне в глаза. Наконец глаза цвета морской волны встречаются с моими, позволяя мне читать ее, как чертову книгу.

Она лжет.

Может быть, она стесняется того, что мое лицо находится у нее между бедер, или, может быть, кто-то другой заставил ее почувствовать, что это не приносит удовольствия, но ко мне это определенно не относится. Или, может быть, у нее никогда не было того, кто знает, что делать, находясь между ее бедер. Как бы то ни было, она сказала мне «нет», так что, похоже, я пропущу это блюдо сегодня вечером, хотя уже несколько недель умираю от желания попробовать ее на вкус.

Приподнимаясь, я опираюсь на локоть, нависая над Стиви и наблюдая за ее мечущимся взглядом.

— Мне нужно, чтобы тебе было со мной комфортно.

— Да, – быстро выпаливает она. – Так и есть.

— Что ж, тогда нам нужно кое-что прояснить. – От моих слов у нее перехватывает дыхание. – Я думал об этом уже несколько недель. Я не часто так долго жду того, чего хочу, но увидеть тебя обнаженной в моей постели вот так, – я накрываю ладонью ее мокрые трусики, – готовой мне… отдаться. Я не могу дождаться, когда возьму тебя. Но я не собираюсь этого делать, если ты продолжишь нести чушь насчет своего тела.

— Я ничего не говорю…

— Вот здесь. – Я легонько касаюсь ее головы и наблюдаю, как на ее лице появляется чувство вины.

— Сегодня вечером ты принадлежишь мне, и все, что я вижу, – безумно сексуальное тело, готовое для меня. Эта грудь, – я беру ее в руку, – в которую я хочу уткнуться лицом на всю ночь. Эти бедра, – я сжимаю одно из них, – которые я бы с удовольствием использовал в качестве грелки для щек. И это, – я погружаю пальцы в промокшую кружевную ткань, – это местечко, которое чертовски теплое и влажное.

Скользя пальцем между ее складочек, я проскальзываю внутрь, отчего Стиви дугой выгибает спину, и из ее горла вырывается стон.

— Сегодня вечером это все принадлежит мне, – продолжаю я. – И я не позволю тебе нести чушь о том, что принадлежит мне. Итак, мне нужно, чтобы ты остановилась, или ничего не будет.

Стиви не отвечает, на ее лице заметно волнение.

Я прижимаюсь своей эрекцией к ее ноге, давая ей почувствовать, какой я твердый.

— Я не шучу, Стиви. Если ты не начнешь вести себя хорошо по отношению к самой себе, я позабочусь о себе сам, как делал бесчисленное количество раз за последние несколько недель.