Книга Миля над землей, страница 104 – Лиз Томфорд

— Я знаю, но не думала, что это означает, что он будет устраиваться здесь на работу. Будет жить здесь.

— Я думаю, это здорово, – перебивает меня мама. – Бретт такой красивый парень. Стиви, ты должна быть благодарна, что он приезжает в город. Может быть, он даст тебе еще один шанс.

Какого черта?

— Не нужен мне его шанс!

О, черт. Не порть Рождество. Не порть Рождество.

— Ви, если ты не хочешь, то не обязана давать ему еще один шанс, – добавляет мой милый папа.

А мама? Мама оскорблена тем, что женщина может быть такой шумной.

— Что между вами произошло? – спрашивает брат.

Мой взгляд мечется между тремя членами моей семьи. Я не хочу раскрывать подробности и смущение того момента, когда я поняла, что мой бывший парень три года просто меня использовал.

Я люблю брата, но о некоторых моментах с ним лучше не говорить. Например, о том, что я переспала с самым известным плейбоем в городе. Другой момент заключается в том, что его друг – кусок дерьма, который много лет заставлял меня чувствовать себя недостойной его внимания. Но он даже не понимает, что из-за нашей матери я чувствую себя отбросом, не говоря уже о его бывшем товарище по команде в колледже, так что какой смысл вдаваться в подробности?

— Ничего. – Быстро тряхнув головой, я встаю с дивана. Мне нужно выбраться из этой квартиры и наполнить легкие свежим воздухом.

Мой взгляд устремляется к большим окнам в задней части нашей квартиры. Военно-морской пирс Чикаго ярко освещен к Рождеству, но мой взгляд прикован к высокой, хорошо сложенной фигуре на противоположной стороне улицы, сидящей на ступеньках многоквартирного дома.

Зандерс.

— Пойду немного прогуляюсь.

— Сейчас? Уже поздно.

Надевая пальто, я засовываю ноги в кроссовки и успокаиваю отца.

— Я недалеко. Просто на минутку.

Достав из холодильника два свежих пива, я спускаюсь вниз и выхожу на улицу, чтобы увидеть единственного человека, благодаря которому я сегодня чувствовала себя хорошо.

— Перестань вести себя как малолетний придурок, подойди и сядь.

Слова сестры отвлекают мое внимание от огромного, от пола до потолка, окна в моем пентхаусе и возвращают к столу, за которым они с отцом сидят после рождественского ужина.

— Линдс, я не веду себя как малолетний придурок.

Ладно, это ложь. Я веду себя как придурок, но я видел, как семья Стиви недавно входила в ее дом, так что я знаю, что она получила мой подарок, и все же я до сих пор ничего от нее не слышал.

Может, ей не понравилось? Я и так чувствовал себя идиотом, что-то ей покупая. Не говоря уже о покупке чертовых спортивных штанов.

Кто покупает девушке на Рождество спортивные штаны?

Кроме того, кто покупает рождественский подарок девушке, с которой переспал всего один раз? Я. Вот кто. Чертов идиот.

— Тогда почему ты каждые пять секунд переводишь взгляд со своего телефона на это чертово окно и обратно?

— Линдс, ты можешь не называть меня так, пожалуйста?

Когда я усаживаюсь напротив отца рядом с сестрой, Линдси пытается выхватить телефон у меня из рук. Но я профессиональный спортсмен, так что я достаточно проворен, чтобы успеть поднять эту штуку над головой вне пределов ее досягаемости.

— Что это ты сегодня такой странный? – Ее карие глаза искрятся понимающим блеском.

— Я не странный. Успокойся.