Книга Сыграем в любовь?, страница 125 – Шарлотта У. Фарнсуорт

В принципе, я не против развеяться и потусить с друзьями. Однако знаю, что они пойдут в бар в центре города – пить, болтать с фанатами и обжиматься с девушками. Мне это неинтересно. Совсем.

Когда-то я обожал внимание: оно мне льстило, радовало и казалось более чем заслуженным. Теперь же оно какое-то пустое. Всего лишь возможность отвлечься от факта, что, кроме хоккея, в моей жизни ничего особо и нет.

Я кидаю телефон в сторону, беру еду и включаю телевизор. Открывается запись матча, под которую я вчера уснул, потому что понятия не имею, как проводить свободное время без хоккея.

Телефон гудит: пришло уведомление. Я машинально бросаю взгляд на экран – и, увидев, кто написал, тут же выпрямляюсь.

Харпер: «Как прошел день? На меня по дороге домой наделал голубь».

Мой смех эхом отлетает от стен пустой комнаты.

Дрю: «Позвони, как сможешь. Такое вслух рассказывать надо».

Через тридцать секунд телефон вибрирует – входящий видеозвонок. Я отвечаю и ложусь на подушки. На экране появляется недовольное лицо Харпер. Я улыбаюсь ей – и ее раздражение тут же сменяется радостным смущением. Она плюхается на кровать – волосы мокрые, щеки розовые.

— Привет!

— Привет!

Я кладу руку за голову, наблюдая, как Харпер следит за ней взглядом.

Мы часто переписываемся и созваниваемся, но вживую не виделись несколько недель – с тех пор, как я приезжал в Нью-Йорк на предсезонный матч. Разлука тяжела по многим причинам. И, судя по взгляду Харпер, не только я осознаю, сколько километров нас разделяет. Я злюсь еще сильнее, ведь на этих выходных мог сократить расстояние до нуля.

— Что случилось? – спрашивает она.

— Ничего, – отвечаю я с фальшивой улыбкой.

— Не говори «ничего». Если не хочешь объяснять, так и скажи.

Я выдыхаю:

— Думал приехать в Нью-Йорк на этих выходных. Но… появились дела.

Повисает тишина. Кажется, что она длится не пару секунд, а целую вечность.

— Ничего страшного. Я понимаю.

— Всегда ли ответ будет таким? – спрашиваю я.

Щеки Харпер отчасти бледнеют. И как мне ужасно оттого, что виноват в этом я!

— В каком смысле? – говорит девушка.

Я вздыхаю и приподнимаюсь. Ерошу волосы свободной рукой.

— Такое будет происходить и дальше. Мой график не стандартная пятидневка. И при хорошем раскладе играть мне еще не один год.

— Но ведь у многих игроков есть девушки? И даже семьи.

— Да, но с отношениями у них нелегко. Двое моих товарищей по команде недавно развелись. Это не… Я хочу, чтобы ты понимала, каково тебе будет со мной.

Затем следует долгая пауза, во время которой я жалею о каждом сказанном слове.

— Ты передумал? – тихо спрашивает Харпер.

— Нет! Нет, конечно нет. Я волнуюсь, что передумаешь ты, и я… Харпер, я…

В комнате Харпер слышны какие-то звуки.

— А как тебе это? – раздается голос, который, как я понимаю, принадлежит лучшей подруге Харпер, Оливии.

Харпер смотрит влево.

— Прошлое мне больше понравилось. – Она переводит взгляд обратно на меня. – У Лив сегодня свидание.

— Никакое это не свидание! – кричит Оливия.

Харпер закатывает глаза:

— Заведующий хирургическим отделением позвал ее на благотворительное мероприятие. Об Оливии вся больница говорит!

— Мы будем там по работе, – шипит Оливия.

Мы с Харпер смеемся.

— Сделаешь мне прическу? – кричит Оливия.

Харпер переводит на меня полный сожаления взгляд.